Читаем Расология полностью

Вливаясь в кровь какого-либо народа, одна раса, будто химический реактив, добавляет ему творческих сил, жизненной активности, а другая приводит к преждевременной деградации и социальной лености. Одна расовая примесь добавляет идеализма и благородства гражданам какого-либо государства, а другая гнетет пороками и тяготением к вульгарным плотским излишествам. Одна повелевает людьми в виде чувства гражданского долга и соединяет их в сообщества, преобразующиеся в гигантские империи и целые цивилизации, рождает мыслителей и вождей. Другая, напротив, разъедает изнутри, как ржавчина, все духовные скрепы, толкая народы в объятья смут, кровавых братоубийственных войн и плодит на свет поколения паразитов и инфантильных мечтателей. Одна кровь созидает мировые религии, другая — безвременье смутных эпох. Так и творится, по мысли Гобино, история рода людского.

Подобный взгляд, причем столь масштабный и хорошо аргументированный, был внове и потому не был принят современниками. Однако череда открытий рубежа XIX–XX веков в области естественных наук все же заставила просвещенную публику переменить свое отношение к основному труду Гобино. Заслуженное признание пришло.

Суть его социально-расовой концепции лучше всего иллюстрируется следующей сентенцией: «Чем чище раса, тем меньше уязвима ее социальная база, поскольку расовая логика не меняется. Организующий характер любой цивилизации определяется самым очевидным признаком доминирующей расы; цивилизация изменяется, трансформируется по мере того, как эта раса сама подвергается изменениям; именно в рамках цивилизации в течение более или менее продолжительного периода продолжает действовать импульс, который когда-то дала ей исчезнувшая раса, и, следовательно, система, сформировавшаяся в обществе, представляет собой факт, который ярче всего свидетельствует о конкретных способностях и уровне народа, — это лучшее зеркало, в котором народ отражает свою индивидуальность».

Касаясь иерархической ценности рас, французский аристократ был столь же категоричен, ибо подчеркивал: «История показывает, что всякая цивилизация берет начало от белой расы и ничто не может долго продержаться без ее участия, что общество может быть великим и процветать лишь в той мере, в какой оно сохраняет сотворившую ее благородную группу, и что сама эта группа принадлежит к самой развитой ветви нашего рода. Чтобы окончательно прояснить эти истины, достаточно перечислить цивилизации, которые существовали на земле, и, уверяю вас, список не будет очень длинным. Белая раса, искусная в главных механических искусствах, пытающаяся превратить воинское дело в настоящее искусство, в отличие от потасовки дикарей, приручившая множество видов животных, стоит на такой высокой ступени в сравнении с остальными человеческими семействами, что следует понять раз и навсегда: всякое сравнение бессмысленно по одной лишь причине, что даже в детском возрасте в этой расе не было следов варварства».

Исходя из этих принципов и соотнося их с богатейшим историческим материалом, черпаемым из многочисленных легенд и документальных свидетельств, Гобино вполне явно высказывался и о физических признаках того расового субстрата, что создавал культуру на гигантских просторах Евразии: «У арийцев была бело-розовая кожа: такими были самые древние греки и персы, такими запечатлены древние индийцы. Волосы, как правило, были светлые — вспомним, что эллины отдавали предпочтение именно этому цвету волос и наделяли им самых почитаемых Богов. У индусов идея красоты до сих пор ассоциируется со светлой кожей и светлыми волосами, о чем свидетельствуют описания избранных детей, столь частые в буддийских легендах. В них описывается, например, божественное создание в младенческом возрасте с золотистого цвета кожей. У него длинные руки, широкий лоб, близко расположенные брови и выступающий нос».

Так же и в отношении гигантских территорий Дальнего Востока французский расовый теоретик определенно указывал, что «еще совсем недавно многочисленные белые народы с белокурыми или рыжеватыми волосами и голубыми глазами обитали по западным границам Китая». Характерно, что за долихоцефальную форму черепа, характерную именно для белокурого северного расового типа, китайцы называли эти арийские племена людьми «с длинными лошадиными лицами». Наконец, и в создании великой цивилизации Египта, по его мнению, активно участвовали представители белой расы, о чем свидетельствуют барельефы, запечатлившие фараонов и жрецов с более светлой кожей, чем основная масса населения, и голубыми глазами.