Он резко оборвал себя, вспомнив о верховном священнике, стоявшем рядом с ним, но вопрос продолжал яростно крутиться в его мозгу. Вот вам и приказ сэра Вика сделать это тихо!

- Это должны были быть еретики, - проскрежетал отец Стивин. Кейрмин посмотрел на него, и интендант сердито пожал плечами. - Это был не арбалет, капитан! Может, я и не солдат, но даже я это знаю. А это значит, что оно пришло от проклятых еретиков. Конечно, их самая первая реакция - прибегнуть к трусливому убийству людей, служащих Божьей воле! Чего еще можно ожидать от убийственной добычи Шан-вей?

Кейрмин не мог придраться к анализу шулерита о том, кто произвел этот выстрел, хотя он, возможно, и придрался к последней паре предложений. Что, к сожалению, ничего не сделало, чтобы остановить то, что должно было произойти там, в темноте.

* * *

Вдоль всех причалов гавани делфиракские солдаты и матросы, которые спокойно приближались к назначенным целям, услышали и увидели выстрел "волка". То же самое заметили портовые вахты на борту чарисийских кораблей, которые делфиракцы пришли захватить, и они слышали крики с борта этих судов, слышали, как корабельные колокола бьют тревогу, слышали, как босые ноги начали бегать по настилу палубы, когда остальные члены экипажа галеонов откликнулись на крики дежурных вахт.

На мгновение абордажные группы заколебались. Но только на мгновение. Затем приказы их собственных сержантов, страстные крики инквизиторов, которые присоединились к абордажникам, заставили их двинуться вперед, бросаясь по сходням в попытке попасть на борт, прежде чем можно будет организовать еще большее сопротивление.

Испуганные моряки торгового флота, все еще бежавшие к поручням своих собственных кораблей, пытаясь понять, что происходит, оказались лицом к лицу с вооруженными солдатами, поднимавшимися по сходням на их корабли. Довольно многие из этих моряков повернулись и побежали, но чарисийские моряки не отличались робостью. Шторм, кораблекрушение и пираты, как правило, безжалостно отсеивали слабаков, и, как и Лизбет Уолкир, неповиновение и яростная оборона были их естественной реакцией на любую угрозу их кораблям.

Мужчины схватили страховочные штыри и свайки. Другие, чьи капитаны, такие как Эдминд Уолкир, почувствовали нарастающее напряжение, вместо этого схватились за сабли, которые были незаметно припрятаны, и тут и там вдоль набережной мелькали и гремели другие заряженные "волки".

* * *

- Лэнгхорн! - воскликнул Кивин Эдуирдс.

Он и Харис Фишир оказались бок о бок у кормового поручня "Кракена", глядя в сторону причала. Когда "Кракен" прибыл, он не смог найти места рядом с одним из пирсов и стоял на якоре в добрых полутора сотнях ярдов от гавани. Это было достаточно близко, чтобы видеть и слышать даже огонь легкой артиллерии посреди ночи.

- Эти ублюдки! - рявкнул Фишир мгновением позже. - Они пытаются захватить наши корабли!

- Вы правы насчет этого, сэр. И посмотрите туда!

Фишир проследил за указующим перстом Эдуирдса, и его губы растянулись в оскале, когда он увидел пару катеров, приближающихся к "Кракену". Гребцы явно были удивлены внезапным шумом в порту. Пока он наблюдал, их скорость удвоилась, но они, очевидно, не ожидали, что тревога будет поднята так скоро, и они все еще были по крайней мере в десяти минутах от "Кракена".

И десяти минут будет более чем достаточно, - злобно подумал он. - Всем приготовиться! - проревел он. - Всем приготовиться отбить абордажников!

XIV

Гавань Фирейд и главный судоходный канал,

пролив Фирейд,

королевство Делфирак

Сэр Вик Лэйкир яростно выругался, когда еще один залп осветил ночь. По крайней мере, его батареи в гавани наконец-то начали отстреливаться, но в данных обстоятельствах это было на удивление слабым утешением.

Он стоял в открытой грузовой двери на втором этаже одного из доковых складов, под тощим, нависающим рычагом подъемного механизма, используемого для подъема ящиков и бочек. Он выбрал свой высокий насест в качестве импровизированного командного пункта, когда бедлам, крики, выстрелы и вопли сделали до боли очевидным, что его усилия выполнить свои приказы с минимумом насилия и кровопролития ни к чему не привели. Он понятия не имел, что изначально спровоцировало насилие, но даже из фрагментарных сообщений, которые он уже получил, было совершенно ясно, что то, что должно было быть тихим, упорядоченным захватом собственности, вместо этого превратилось в нечто совсем иное со всеми признаками резни.