Читаем Раскол Церкви полностью

Любопытство Стейнейра было по-настоящему задето. Он не мог себе представить, что могло так взволновать Ашира. Из того, что только что сказал его секретарь, посетитель, о котором шла речь, явно был женщиной, и Стейнейр не мог вспомнить ни одной женщины в Чарисе - за возможным исключением королевы Шарлиэн, - которая могла бы вызвать у него такую реакцию. Но он знал молодого священника достаточно долго, чтобы принять его просьбу, даже если это не совсем соответствовало обычному протоколу посещения предстоятеля всего Чариса.

- Очень хорошо, Брайан. Дай мне минуту или две, чтобы привести это в порядок, - он махнул рукой на документ, который просматривал, - а затем проводи ее внутрь.

- Да, ваше преосвященство, - пробормотал Ашир, и дверь тихо закрылась, когда он удалился.

Стейнейр задумчиво смотрел на эту дверь в течение нескольких ударов сердца, затем пожал плечами, вставил закладку, чтобы отметить место, и начал приводить в порядок листы документа.

Что бы ни вызвало почти взволнованную реакцию его секретаря, это не повлияло на чувство времени Ашира или его способность оценить, сколько времени потребуется его архиепископу. У Стейнейра было ровно столько времени, чтобы отложить документ в сторону, привести свой стол в подобие опрятности и настороженно выпрямиться в удобном кресле. Затем дверь открылась, и Ашир снова шагнул через нее вместе с просто одетой женщиной, чьи темные волосы были слегка тронуты серебром, в сопровождении двух мальчиков. Черты лица мальчиков ясно давали понять, что это ее сыновья, но в то же время в них было что-то еще. Что-то... знакомое, хотя Стейнейр не мог точно сказать, что это было. Старшему из них на вид было где-то около подросткового возраста; младшему, возможно, десять или одиннадцать. Это было первое, что пришло в голову Стейнейру, но почти мгновенно за ним последовала другая мысль.

Они были в ужасе. Особенно мальчики, - подумал он. - Их мать скрывала это лучше, но, несмотря на силу характера на ее лице, в ее глазах тоже был страх. И кое-что еще. Что-то темное, страстное и пронизанное железной гордостью.

- Ваше преосвященство, - тихо сказал Ашир, - позвольте представить вам мадам Эйдорей Диннис.

Глаза Стейнейра расширились, и он вскочил на ноги, даже не осознавая этого. Он в три быстрых шага обогнул стол, пересек кабинет и протянул ей руку.

- Мадам Диннис! - он услышал удивление в своем собственном голосе, и это было так, как будто он слушал кого-то другого. - Это очень неожиданно!

Ее рука слегка дрожала в его пальцах, и он посмотрел в эти глаза, увидел усталость - и отчаяние - за страхом и гордостью. То, как ей, возможно, удалось проделать весь путь от земель Храма до Чариса, не будучи опознанной и схваченной инквизицией, было больше, чем он мог представить себе.

- Воистину, - сказал он ей, нежно сжимая ее дрожащую руку, когда его собственное изумление начало хотя бы немного ослабевать, - Бог творит Свои тайны способами, недоступными человеческому пониманию или предсказанию. Вы и ваша семья были в моих молитвах с тех пор, как епископ-исполнитель Жирэлд и отец Пейтир получили последнее письмо вашего мужа, но я никогда не думал, что Он будет настолько милостив, чтобы позволить вам добраться до Чариса!

- Письмо, ваше преосвященство? - повторила она. Он услышал усталость и напряжение в глубине ее голоса, но ее брови поднялись, а взгляд стал острым. - Эрейк разослал письма?

- Действительно, действительно, он это сделал, - сказал Стейнейр. Он протянул другую руку, сжимая обе ее руки, и покачал головой. - По крайней мере, одно из них. Я понятия не имею, как ему это удалось, и не буду притворяться, что мы с архиепископом Эрейком часто не сходились во взглядах. Очевидно, то, что произошло здесь, в Чарисе, со времени его последнего визита, является достаточным доказательством этого. Но из последнего письма, которое он каким-то образом организовал, чтобы доставить епископу-исполнителю и отцу Пейтиру, я могу сказать вам, что в конце своей жизни ваш муж вспомнил истинное прикосновение Бога. - Он снова покачал головой. - У нас не было подтверждения его смерти здесь, в Чарисе, но из письма, которое он отправил, и из вашего собственного прибытия сюда я должен предположить, что конец, который он предвидел, действительно настиг его.

- О, да, - прошептала она, наконец, подбородок задрожал, слезы заблестели в ее глазах. - О, да, ваше преосвященство. Настиг. И вы правы. Я верю, что он действительно почувствовал Божий перст, несмотря на все, чего это ему стоило.

- Что вы имеете в виду? - мягко спросил Стейнейр, потому что было что-то в ее голосе, в ее манерах, что говорило больше, чем ее слова. Мгновение она смотрела на него, затем перевела взгляд на двух мальчиков, которые смотрели на нее и архиепископа ранеными, встревоженными глазами.