Читаем Рандеву с водяным полностью

– Да, – кивнул Жихарев. – Знал, что это не Светлана Игоревна. Дело в том, что соседи, видевшие, как в дом Алены входила женщина, твердо держались того мнения, что женщина была очень бледной и высокой. А как вы помните, Светлану Игоревну трудно назвать бледной. Да и полнота ее сразу бросается в глаза. Так что у меня были все основания подозревать в убийстве Алены другую женщину. И по результатам экспертизы я знал, что Светлана Игоревна не могла собственноручно задушить Алену. Однако, когда произошло второе убийство, я сопоставил его с исчезновением девочек Цветиковых и решил, что их матери лучше посидеть за решеткой. Для ее же собственной безопасности.

– Но зачем Вере Ковальчук было убивать Алену? – спросила я. – Что она имела против нее?

– Она говорит, что вовсе не хотела смерти девушки. Но она потребовала от нее сказать, где прячет своих дочерей ее несчастный муж-двоеженец – Евгений Ковальчук, он же Михаил Цветиков, – сказал Жихарев. – Алена отказалась. И чтобы ее припугнуть, Вера Ковальчук схватила девушку за горло. Но говорит, что не рассчитала своих сил. И в результате Алена оказалась мертва.

– А зачем она повесила труп на люстру? – спросила Мариша. – Она что, думала, что смерть Алены сочтут самоубийством?

– Именно так она и думала, – кивнул Жихарев. – И не спрашивайте меня, как Вере Ковальчук удалось выследить своего мужа на его съемной квартире. На все мои вопросы она пускается в такие туманные рассуждения о том, что ей помогали рок и судьба, что я просто теряюсь.

– Меня больше интересует, как она проникла в квартиру, – сказала Мариша. – Ведь, судя по всему, Михаил до ужаса боялся своей первой жены. Это ведь спасаясь от нее, он превратил свой бизнес в наличные, от нее он пытался спрятать своих дочерей. И от нее он прятался сам. Так ведь?

– Так, – кивнул Жихарев.

– И почему же этот человек, до безумия боящийся свою первую жену, все же открыл ей дверь, а не забаррикадировался изнутри и не позвал на помощь? – спросила Мариша.

– Звать на помощь он не стал бы в любом случае, – сказал Жихарев. – Ведь Вера могла погубить его, рассказав о его прошлом, помните, он ведь был объявлен в розыск по подозрению в убийстве гражданки Колокольчиковой. А почему он открыл ей дверь? Этого я не знаю. И думаю, что мы никогда этого не узнаем. Может быть, он не хотел скандала. Может быть, хотел откупиться деньгами от своей первой жены. Заплатить ей за молчание. Или ему просто надоело от нее прятаться. И он решил раз и навсегда выяснить с ней отношения. А может быть, он замышлял и кое-что похуже. Но какова бы ни была причина, по которой он открыл дверь, – он ее открыл. И это решение стало для него роковым.

– А как Вера нашла своего сбежавшего мужа? – спросила Мариша. – Ведь не случайно же она его на улице встретила?

– Знаете, как говорится, кто ищет, тот всегда найдет, – ответил Жихарев. – Евгений Ковальчук сбежал от жены в ту самую ночь, когда она разделалась с Семеном Боровиковым. Должно быть, он не смог смириться с мыслью, что его жена превратилась в злобную убийцу. И он, как мы знаем, сделал вид, что утопился, потом взял имя убитого женой человека и скрылся в неизвестном направлении. С тех пор она его не переставала искать, потому что не верила в то, что муж взял и утопился, оставив ее одну на всем белом свете. Но, поскольку Ковальчук Евгений сменил свое имя сначала на имя Боровикова Семена, а потом – на Михаила Цветикова, все попытки его первой жены оказывались бесплодными.

– И как же?..

– Случай, судьба, рок, – пожал плечами Жихарев. – Называйте это как хотите. Вы же знаете, что Ковальчук был страстным любителем аквариумных рыбок. Это было единственное, что он захватил с собой из прошлой жизни. Он сменил семью, место жительства, работу, имя и даже частично внешность, но он не сумел отказаться от своего хобби. И именно оно в конце концов его и погубило. Вера Ковальчук увидела своего мужа в одном из журналов, напечатавшем статью, посвященную разведению редких пород аквариумных рыб. На фотографии были запечатлены и другие люди, но Вера обратила внимание на человека, похожего на ее пропавшего мужа. И она решила присмотреться к этому человеку.

– И что? – спросила я.