Читаем Рандеву с "Варягом" полностью

   Я даже и не знал что сказать. Судя по всему, при внешней сохранности надводной части, состояние корпуса ниже ватерлинии у этих крейсеров было плачевным. В бинокль я видел, что они уже изрядно погрузились в воду, и тем самым они подошло к опасному пределу, за которым лежит полная утрата плавучести и мгновенная гибель. "Варяг" получал в основном надводные повреждения, потому и смог так долго продержаться против сильнейшего противника. Но если бы японцы имели на своих снарядах взрыватели не мгновенного действия, а сходные с теми, что используют артиллеристы из будущего, то мы погибли бы минут через пять, как мне ни прискорбно в этом сознаваться... Ибо подводная часть нашего крейсера была еще слабее, чем у японских броненосцев-недомерков.

   Но японцы в таких случаях стоят непоколебимо, как скалы. Их можно взорвать, а уговорить подвинуться - нет. Этому меня научило длительное общение с командиром "Чиоды" капитаном 1-го ранга Мураками во время нашей долгой стоянки рядом с ним в Чемульпо.

   Пока я размышлял над этим, решение пришло само. Примерно в двадцати кабельтовых впереди нас "Североморск" вышел в позицию для минной атаки. Командиры японских кораблей не вняли предложению сдаться, и теперь им предстояла расплата за упрямство. Сначала я не понял - на что указывает мне Виктор Сергеевич, и почему "Североморск" принял чуть влево, разворачиваясь к японским броненосцам правым бортом. Я поднял бинокль, и успел увидеть, как за борт нырнули тяжелые металлические рыбины. Всплеск, пенная дорожка следа по воде... Очень быстро движутся русские мины, просто невозможно, чтобы что-то материальное двигалось под водой с такой огромной скоростью.

   Выпустив мины, "Североморск" закладывает крутую левую циркуляцию, и уходит с линии огня японских комендоров. Головная башня переднего японского броненосца стреляет, но снаряды рвутся в кильватерной струе, далеко за кормой "Североморска". Он будто смеется над ними.

   И тут до цели доходит первая мина. Под концевым броненосцем, примерно в районе боевой рубки, вдруг стеной встает вода. Секунду позже второй взрыв, теперь уже шимозный, с выбросом огромным облаком густого черного дыма. Корабль разламывается пополам. Мгновение, и на том месте, где он только что он был, нет уже ничего, кроме плавающих на поверхности обломков.

   Не успело пройти еще несколько секунд, как гибель настигла следующий в строю японский корабль. На этот раз мина ударила точно в его середину, после чего взорвались котлы броненосца. Взрыв сопровождался выбросом в воздух огромной тучи пара и раскаленного шлака, перемешанного с золой. Его гибель тоже была мгновенной. На следующем в ордере корабле, кажется, успели что-то сообразить, или мина оказалась нацеленной не совсем точно. Она попала в носовую часть броненосца, прямо за шпироном. Если бы корабль лежал в дрейфе или двигался с малой скоростью, то, наверное, он бы сумел остаться на плаву. У японского броненосца подводным взрывом оторвало носовую часть. Набегающий поток воды выбил перекошенные взрывом переборки, корабль нырнул, в воздухе сверкнули бешено вращающиеся винты. И все... Он пошел ко дну, как броненосный крейсер, потопленный "Адмиралом Ушаковым" четверть часа назад. Остался только один броненосец, пытающийся подставить приближающейся с огромной скоростью мине корму. Это обычный в наше время способ избежать попадания мины, сбив ее с курса струей воды из-под винтов. За последним броненосцем когда-то грозной эскадры адмирала Того тянулся, жирный шлейф угольного дыма. Я уже подумал было, что ему посчастливилось, и он избежит гибели, как вдруг "послание" от наших потомков дошло и до него. Их мина, не обращая внимания на поток воды, отбрасываемой винтами обреченного корабля, взорвалась в корме. Несколько саженей корпуса с винтами и рулем оторвало напрочь. В мгновение ока, броненосец превратился в некое подобие неуправляемой и несамоходной баржи. С ним все было ясно. Теперь команде японского корабля остается только ждать, когда у победителей дойдут и до него руки. Все внимание переключилось на подбитые броненосные крейсера, оказавшиеся между молотом и наковальней. Но, неожиданно контр-адмирал Ларионов приказал выйти из боя.

   - Почему? - Спросил его я.

   А он с полной серьезностью ответил мне. - Мы уже достаточно сделали в этом сражении. Должно же и вашим товарищам из порт-артурской эскадры, достаться хоть немного славы? - Утопят они этих подранков, если у Камимуры не хватит ума спустить флаг, и тоже почувствуют себя победителями. Мы добились главного - основные силы японского флота уже уничтожены.