Читаем Рандеву с "Варягом" полностью

   - А как можно заставить верхи работать по-новому? - неожиданно от дверей гостиной раздался голос, от которого мы с Ниной Викторовной вздрогнули... У входа стоял император Николай II собственной персоной. И как он сумел так тихо войти, что ни я ни Нина Викторовна не услышали его шагов? Наверное, это из-за толстых ковров, которыми был выстлан пол гостиной.

   - Добрый день, Ваше Величество, - первой опомнилась Нина Викторов, - мы рады видеть вас, хотя и не ожидали, что вы решите снова встретиться с нами.

   - Господа, - сказал царь, подойдя к Марии Федоровне, и почтительно целуя ее руку, - я узнал от матушки, что вы будете сегодня у нее. И решил ее навестить, а заодно и встретиться с вами. Ведь Зимний дворец - далеко не самое подходящее место для неофициальных встреч. Слишком много там тех, кто не хочет или не умеет держать язык за зубами.

   Мы с Ниной Викторовной понимающе переглянулись. По информации, которую нам сообщил Евгений Никифорович Ширинкин, кое-кто из служителей Зимнего стал проявлять ненужное любопытство, выясняя, что за таинственные незнакомцы были удостоены встречи с императором и его семьей. Да и вокруг дворца Великого Князя Александра Михайловича стали мельтешить подозрительные личности.

   - Ваше Величество, - сказал я, - вы абсолютно правы. И коль наша встреча состоялась сегодня, то мы готовы ответить на все заданные нам вопросы. Честно и откровенно, - я посмотрел прямо в глаза Николаю.

   Император не отвел взгляда. Я понял, что начался тот самый разговор, ради которого мы, собственно, и проделали такой долгий путь из Порт-Артура в Петербург.

   - Ваше Величество, - через несколько лет один из политических деятелей России скажет следующее: "Если Вы шахматист, то должны знать, что иная шахматная партия бывает проиграна безнадежно ходов за тридцать до мата. С нами произошло то же самое. Ошибки и нерешительность Александра II, незаконченность его реформ, внутреннее противоречие между ними и его политикой сделали революцию неизбежной".

   - А в чем, собственно, ошибки и нерешительность моего деда? - спросил Николай, - ведь убитый злодеями Помазанник Божий, был "Освободителем". Во всяком случае, именно так называл его народ.

   - Да, Ваше Величество, император Александр II в 1861 году освободил крестьян от крепостной зависимости. - Но, как это было сделано?!

   Помещикам досталось больше половины пригодной для обработки земли. Остальное - крестьянам. Вместе с землей крестьяне получили на шею ярмо выкупных платежей. Срок их истекает в 1910 году, хотя, выплаты по некоторым долгам должны были продолжаться аж до 1955 года! По разным оценкам эти выкупные платежи с набежавшими процентами составляют от 90 до 110% дохода крестьян. То есть, у крестьян нет денег для того, чтобы приобрести необходимый сельскохозяйственный инструмент и удобрения.

   Отсюда и такая низкая урожайность. Если в Европе нормальный урожай считался в 150 пудов зерна с десятины, то в России даже в богатых хозяйствах он был около 70 пудов, а в бедных - от 30 до 25 пудов. Это даже не бедность, а откровенная нищета. В России каждый год голодают по нескольку губерний, а по весне, когда заканчиваются продукты, впроголодь живет большинство крестьян.

   - Но ведь это ужасно! - воскликнула Мария Федоровна, - внимательно слушавшая наш разговор...

   - Да, Ваше Императорское Величество, - ответил я, - но все обстоит именно так, как я сказал. Государь может вам подтвердить, в докладах ему губернаторы регулярно сообщают о недородах и голоде в их губерниях.

   Николай II, угрюмо кивнул головой, подтверждая мои слова... А я тем временем продолжил,

   - А что помещики, которым досталась земля - причем, самая лучшая, - и деньги, полученные от государства в качестве выкупа? - Они стали жить богаче, а на их земле появились крупные хозяйства, производящие дешевое зерно? - Как бы не так! К началу века из 105 тысяч помещичьих хозяйств Европейской России, лишь 18 тысяч имели более 500 десятин земли. А 50 тысяч помещиков имели менее 50 десятин, из них половина - менее 10 десятин, то есть, они стали практически "однодворцами".

   - И какой же вы предлагаете выход из сложившейся ситуации? - спросил Николай II, - как сделать крестьян богаче? Ведь нищета крестьян, которые составляют большую часть населения Империи, это нищета и самой Империи.

   - Это так, Ваше Величество, - вступила в разговор Нина Викторовна, - и единственный способ - это тот, к которому прибегли в Советской России в начале 30-х годов. Я имею в виду коллективизацию.

   Для начала необходимо отменить выкупные платежи. На какое-то время это снизит напряжение в низах. Крестьянам надо дать возможность перевести дух. А потом, используя общину, начать кооперировать сельское хозяйство. На общинные деньги покупать сельскохозяйственное оборудование, локомобили, удобрения, сортовое зерно. Развернуть подготовку агрономов, ветеринаров, экономистов, которые помогли бы крестьянским кооперативам с большим экономическим эффектом вести свои дела.

   - А как же помещики? - спросил царь, - ведь они в таком случае могут лишиться своей собственности?