Читаем Рандеву с "Варягом" полностью

   - Во первых, Александр Михайлович, - ответила она мне, - Монарх должен помнить высказывание императора Александра III про единственных союзников России, и все время следовать ему. Нет, и не может быть у России постоянных союзников. Могут быть совместные интересы и временные соглашения с некоторыми странами, но дружба между государствами - нонсенс. Вопрос дипломатии заключается лишь в том, чтобы иметь как можно меньше врагов, а если и дружить, так только - против кого и с какой целью.

   Вчерашний союзник сегодня может с изменением политической конъюнктуры оказаться врагом. В истории России часто случалось так, что ей приходилось сражаться за чужие интересы с союзниками, которые с легкостью необычайной из своекорыстия вскоре превращались в злейших врагов. Некоторые страны, с заверениями о вечной дружбе втягивали нашу страну во внутреннюю смуту, чтобы под шумок урвать от России кусок ее территории.

   Особенно это характерно для английских родственников императрицы, которые, как вы видели в показанном нами фильме, преспокойно умыли руки, отдав семью русского царя на расправу палачам. А вдовствующую императрицу Марию Федоровну, - полковник Антонова взглянула на насупившегося цесаревича, - еще и обобрали, скупив у нее по дешевке фамильные драгоценности - память о любимом муже.

   - Во-вторых, - продолжила Нина Викторовна, - монарх должен уметь назначать нужных людей на нужные должности, и требовать от них честной работы и достижения конкретного результата. С этим у государя императора Николая Александровича тоже было как-то не очень. Знаете, помилование Рожественского и Стесселя дало всем занимающим высшие посты знак, что даже за самый катастрофический провал, и предательство им ничего не будет. Помилуют и простят. Государя Александра III такие деятели хотя бы боялись. Знаете, что написала перед смертью в своих мемуарах присутствующая здесь Великая княгиня Ольга Александровна. Попробую процитировать по памяти, как можно ближе к тексту: "Нашего любимого Папа, все называли железной рукой в бархатной перчатке. Брату же Николаю такая перчатка была ни к чему, ибо руки у него и так были мягонькие".

   Ольга подняла голову, - Что, действительно я так и написала?

   Полковник Антонова кивнула, - Я процитировала вас почти дословно, но если вы хотите, мы можем открыть книгу...

   - Конечно же, хочу, но... - всхлипнула Ольга, - ...как-нибудь потом. А сейчас скажу, что это действительно очень похоже на Ники. Ведь он так боится кого-нибудь обидеть...

   Нина Викторовна сочувственно посмотрела на Ольгу, - ...и в результате, он обижает тех, кто его любит больше всего... - продолжила она мысль Ольги, и вздохнула, - и не важно, кто это, родная сестра, или русский мужик, который молится на него, как на Бога, и тащит на своих плечах всю махину Государства Российского.

   Мы надеемся только на то, что император Николай II достаточно умен. По делу с французскими займами хорошо видно, что он знает свои слабые места и, понимая, ЧТО стоит на карте для него лично, и для всей страны, пытается "добавить твердости". А ведь, не зная меры, с этим можно и переборщить. А это смертельно опасно. Ну ладно, будем надеяться, что все обойдется...

   - Что обойдется? - не понял я.

   - Своим поспешным решением Государь, скажем честно, наделал много шума. Он нанес мировому банковскому спруту такие убытки, что жизнь его теперь будет находиться в смертельной опасности. "Шейлоки" таких вещей не прощают никому. Ведь рушится все их планы на изменение существующего мироустройства. Если раньше господа Ротшильды и иже с ними считали, что Россия уже находится у них на коротком поводке, то теперь они своими глазами увидели, что это совсем не так. Мы еще не может точно сказать, что именно они против него предпримут. Это может быть и заговором в верхах - именно так погиб император Павел I, или покушение бомбистов - так случилось с его дедом Александром II... А может для верности "семибанкирщина" будет готовить оба варианта устранения царя. Про беременность императрицы Александры Федоровны они, возможно, и не знают, Великий князь Михаил отречется, и пожалте - на престоле царь Кирюха, который под пение "Марсельезы" отдаст им все.

   Михаил машинально кивнул, будто говоря - "да, я отрекусь". Ну а я пришел в ужас от осознания того, что все сказанное Ниной Викторовной - истинная правда. Ведь французы, чьи проценты по займам оказались под угрозой, и англичане, чьи планы стравливания России и Германии сорвал Ники, пойдут на это так же легко и просто, как на устранение какого-нибудь зулусского вождя. В горле у меня пересохло. - И вы...

   - Конечно же, - жестко сказала полковник Антонова, - мы сделаем все, чтобы защитить императора и его семью от смерти. Нам подобный вариант нравится еще меньше чем вам, - я в который уже раз облегченно выдохнул, - Цареубийство - это великое потрясение, которое грозит России новой Смутой. Да и тот, кто нас послал, будет этим очень недоволен.