Читаем Рагнаорк полностью

Как относиться к ковылявшему позади мужчине, Дамиан пока не понимал. С одной стороны, он был одним из троицы тех, из-за кого и начались все беды. Ведомые дали бы им звучные имена наподобие «Предвестников Гибели» или что-то в этом духе. С другой — можно ли было на самом деле винить в содеянном президента и его ближайшее окружение? Хорс и сам попался в эти сети, словно безмозглая муха, так какое право он имел считать себя хоть чем-то лучше? Ему просто повезло не обладать и толикой власти, которая была в совокупности у Вальдеса, Айнзе и Вренна. Да и энтузиазм Родриго затмил обречённость магистра, что в данный момент играло на руку.

«Мы действительно живы. Пока что. Мне есть за кого проливать кровь. Я должен постараться исправить хоть что-то».

Лестница казалась бесконечной. По пути случилось ещё две тряски, на второй из которых Вальдес не устоял на ногах и кубарем покатился вниз. Дамиан едва успел схватить спутника за руку, останавливая падение и надеясь, что тот ничего не сломал себе. Но президент как ни в чём не бывало поднялся, чтобы продолжить путь на поверхность. В какой-то момент среди раздававшегося сверху шума стало возможным различить человеческие голоса. А вместе с ними взрывы и выстрелы. Это означало в первую очередь то, что там идёт сражение с тварями бездны, а во вторую, что с ними всё ещё есть кому сражаться.

Ступени закончились, начался длинный коридор с варварски снесённой и искрившейся красным металлической дверью на входе. Старейшине, шедшему первым, стоило отдать должное: сам Дамиан мог провозиться дольше, расчищая проход. За коридором последовал ещё один, превращаясь в своеобразный лабиринт. Шум раздавался то слева, то справа. Родриго ворчал, проклиная того, кто придумал это место. Наконец-то после очередного поворота стало понятно, что Йавинним тоже устал блуждать: часть стены отсутствовала. Хорс дал знак Вальдесу замереть, а сам осторожно выглянул наружу, наблюдая за творившимся в главном фойе башни Ордена хаосом.

Демоны были везде и далеко не только шестилапые твари, от которых удалось отбиться в катакомбах: парящая смесь бабочки и летучей мыши, плюющаяся чёрными сгустками слизи, оставлявшими на кафельном полу дымящиеся следы; нечто, напоминающее змею, но покрытое шипами на протяжении всего длинного тела, заканчивавшегося острой иглой; трёхметровые гиганты с вывернутыми вперёд коленями и походящими на молоты руками. Будто кто-то, страдавший неизлечимым психиатрическим расстройством, вырезал из энциклопедии картинки, склеил их в случайном порядке и дорисовал что-то своё, извлечённое из пошатнувшегося разума.

Твари, издавая мерзкие звуки, бросались на противостоявших им людей. Ткачи, собравшиеся в распределённые по помещению группы, попеременно ставили щиты, огрызались различными заклинаниями из тех, что успели выучить, придумывали на ходу новые плетения, отвлекали врагов иллюзиями и отчаянно боролись за свою жизнь. Их поддерживали отряды штурмовиков, не жалевших патронов. Огнестрел не причинял такого же урона демонам, как и магия, но тоже вносил свою весомую лепту.

Во главе одной из групп магов размахивал малахитовым мечом Петер Хорс, свободной рукой безостановочно метая яркие зелёные искры. Отец выглядел измождённым, но явно не собирался ослаблять напор своего колдовства. Часть волос, уцелевшая после сражения в общине, прилипла к вспотевшему лбу и мешала обзору, но мужчина не обращал на это внимание, сконцентрировавшись на сражении. Шестилапое исчадие материализовалось прямо рядом с ним, Петер сделал резкий шаг влево и насадил тварь на остриё своего клинка, заставляя ту присоединиться к покрывавшему пол пеплу, после чего точными выстрелами поразил троих летунов подряд.

Наверняка где-то там была и Келли Пантер, и Джонатан Фитчер, помогающие защищать место, ставшее им новым домом, и не подозревавшие об истинных причинах настигшего Орден несчастья. И никто из сражавшихся ещё не знал, что их магистра уже нет в живых. Более того, тот не поставил бы и ржавой монеты на победу своих подопечных, предпочтя заблаговременно расстаться с жизнью. Впрочем, о смерти Айнзе сейчас знало лишь четверо избранных, и боевому духу выживших это никоим образом не угрожало.

В отличие от того, что творилось под высоким потолком. Там реальность сходила с ума, искажаясь, истончаясь, отражая невозможное и несуществующее под всеми углами одновременно, переплетаясь сама с собой и пожирая саму себя. В эпицентре этого безумия зияла рваная дыра, ведущая в ничто, тот самый прорыв, но уже не метафорический, а кромсающий мироздание на куски, словно пасть чудовищного зверя. Оттуда извергнулись новые демоны, заменяя собой тех, кого удалось уничтожить защитникам башни. Края медленно, но верно расползались во все стороны, занимая всё больше пространства, будто плесень на отсыревших стенах в старом заброшенном доме.