Читаем Раэлия полностью

— Намеренно или нет, ты приняла участие в испытании, даже если не знала об этом в тот момент, — сказал Охотник. — И со всего курса лишь ты преуспела.

Нет, нет, нет! Это неправильно. Охотник ошибся. Это ведь розыгрыш, да?

Алекс попятилась от двери и рухнула на край кровати, не в состоянии удержаться на ногах от потрясения.

— Ты должна гордиться, — продолжал Охотник, всё ещё стоя в дверях. — Ещё ни один студент не справлялся с моим заданием так профессионально.

Алекс потёрла виски.

— Ничего не понимаю.

— Повторить по буквам? — с ноткой издёвки предложил Охотник. — Как я уже сказал: теперь ты участник моей программы по улучшению навыков.

Девушка замотала головой:

— Нет.

— Да.

— Нет, — твёрдо повторила Алекс. — Спасибо за предложение, но, к сожалению, вынуждена отказаться.

Ну вот. Должно помочь. Как бы девушка ни была озадачена, о каком испытании говорит Охотник, только ей решать: да или нет. И это определённо, нет.

— Боюсь, выбора у тебя немного, — произнёс Охотник, не обращая внимания на её растущее раздражение.

— Это моя жизнь, — заспорила Алекс.

— Помнишь собрание в первый день учёбы? — спросил Охотник. — Разве я не предупреждал, что любой студент, участвовавший в субботнем испытании и получивший место, будет обязан посещать занятия?

Алекс не помнила точную формулировку, но смутно припоминала: что-то похожее он говорил. Но она даже не участвовала в испытании, не то что побеждать — что бы за испытание там ни было.

— Да, но…

— Что у тебя на шее? — перебил Охотник.

Сбитая с толку неожиданно сменой темы, Алекс опустила взгляд на сверкающий в лучах света мирокс.

— Ожерелье. Я нашла его в…

Алекс застонала: всё встало на свои места. Быть такого не может.

У Охотника хватило наглости посмеяться над её реакцией.

— Можешь оставить себе в качестве приза. Это будет уместно, учитывая твоё показательное выступление. За все годы преподавания ни разу никто до этого не сумел обнаружить цель. К тому же оно может пригодиться в будущих испытаниях.

Алекс предпочла проигнорировать последний намёк, как и возникший вопрос, как ожерелье может «пригодиться», но на остальные слова отреагировала:

— Вы не можете так поступить. Это была случайность! Меня там даже быть не должно было. Просто так… получилось.

Мужчина безразлично пожал плечами.

— Не мои трудности.

— Я не справлюсь с программой! — попробовала зайти с другого угла Алекс. — Я не скрытная и не хитрая. Ещё я… ненавижу пауков!

Не лучшие аргументы, но как есть, так есть.

Охотник приподнял бровь.

— К чему ты ведёшь?

— Не только пауков — любых насекомых. Мы не ладим, — продолжила Алекс. — Ваши занятия, наверняка, проходят в лесу. Вы же не хотите, чтобы я визжала каждый раз, как что-то поползёт по руке? Это полностью разрушит атмосферу скрытности.

Охотник пару секунд посмотрел на неё, затем оттолкнулся от двери, теряя безразличное выражение.

— Послушай меня, Алекс, — негромко, но твёрдо сказал мужчина. Охотник впервые отбросил подчёркнуто официальное поведение, и Алекс поняла, что он серьёзен, как никогда. — Частью моего дара является исключительная способность к восприятию. Она позволяет мне чувствовать людей вокруг. Прямо сейчас я ощущаю на этом этаже пятнадцать человек. Шестеро спят, четверо занимаются домашней работой, двое сплетничают о парнях, а ещё двое скачут в своей комнате, как пьяные.

Он сделал паузу и продолжил:

— Кстати, последние двое — твои друзья. Возможно, ты захочешь передать им, что матрасы не должны использоваться как трамплины.

Алекс бы предпочла сейчас быть с Джорданом и Биаром, а не сидеть в ожидании подвоха от Охотника. Почему-то девушка не сомневалась, что подвох последует.

— Последний человек стоит перед тобой — это я, — продолжал Охотник. — Если ты владеешь азами математики, то разберёшься, что в моих подсчётах не хватает одного человека — тебя. Я не способен тебя прочесть. Совершенно. Ни где ты находишься, ни что делаешь. И я верю, что это потому, что ты обладаешь собственным даром, который наградил тебя защитой — на мой взгляд, бесценное приобретение. Но одного этого было бы недостаточно для попадания на мой курс. Я понятия не имел, что ты была вчера вечером в лесу. И не только потому, что мой дар не позволяет ощутить твоё присутствие. Твоя техника — намеренно или нет — была практически безупречной.

— Но я… — попыталась перебить Алекс, но Охотник не дал ей вставить слово.

— Во-первых, тебя там быть не должно было, поэтому мои наблюдатели за тобой не присматривали. И это пример уловки в чистом виде — а именно, стратегической хитрости.

— Нет, я…

— Во-вторых, — настаивал Охотник, тяжёлым взглядом предупреждая девушку больше его не перебивать, — ты смогла избежать всех моих ловушек, держась всё время высоко в ветвях. Опять же, отличная хитрость. И в третьих, ты двигалась по деревьям, словно рождена для этого. Я и заметил тебя только в самом конце: было очевидно, что ты чувствуешь себя очень свободно, перепрыгивая с ветки на ветку. Ты утверждаешь, что не обладаешь скрытностью. Я не согласен.

Любой бы научился за несколько часов скакания по деревьям, подумала Алекс. Но не осмелилась снова перебивать.