— Лорд Питт обещал мне добычу в Мейдстоуне. Вмешательство

Беннета в дела брата стоило мне целого состояния. Он надменный дурак, как

и большинство молодых аристократов. И это будет уроком тому, кто

перешел мне дорогу.

— Значит, дело вовсе не в том, что я ведьма, — сказала я. — Все это

затеяно из-за вашей мелочной неприязни к сэру Беннету?

— И то, и другое. — Он подтолкнул меня к краю лодки, которая опасно

накренилась. — Я избавляюсь от ведьмы и женщины, которую Беннет любит.

Прежде чем я успела защитить Беннета и выступить в свою защиту, капитан Фокс толкнул меня так сильно, что я вывалилась за борт. Сначала я

ударилась спиной и судорожно втянула в себя воздух от накрывшего меня

ледяного одеяла воды. Какую-то долю секунды я парила, держа голову над

поверхностью воды. Но когда моя одежда мгновенно намокла, я начала

тонуть. Последний глубокий вдох, и моя голова погрузилась в воду, сырая, мутная вода сомкнулась надо мной. Мое невесомое тело тянуло вниз, и

скользкие камни коснулись моих связанных за спиной рук. Я оказалась на

самом дне. Хотя я держала глаза открытыми, вокруг ничего не было видно.

Черная темнота, как могила. Моя могила.

<p>Глава 22</p>

Увидев распахнутую дверь неподвижной и пустой кареты Сабины, я

пустил лошадь в галоп. Несмотря на множество одеял, накинутых на мое

седло, рана на бедре болела всю дорогу, что мы проехали медленной рысью

от Мейдстоуна. Теперь, когда темп нарастал, боль пронзила меня.

— Притормози, — сказал Деррик, пришпоривая свою лошадь, чтобы не

отстать от меня. — Или ты разорвешь свои швы.

В стороне от изрытой колеями тропинки я увидел леди Шерборн, бабушку Сабины, стоявшую на коленях рядом с возницей, распростертым в

густой траве. Когда я подошел ближе, то увидел, что он без сознания и что

кровь размазана по его виску из раны на голове.

— Леди Шерборн, — позвал я.

Она подняла голову, ее морщинистое лицо было бледным, глаза

испуганными. Беглый взгляд на место происшествия сказал мне, что

охранник, который ехал с ними, также подвергся нападению. Его тело

находилось в нескольких десятках шагов впереди кареты, он лежал лицом

вниз и не шевелился. Две служанки жались друг к другу возле кареты. Их

глаза метались по лесу, словно в любой момент, ожидали нового нападения.

Единственного человека, которого я жаждал видеть больше всех, нигде не

было. Я похолодел.

— Где Сабина? — Спросил я, надвигаясь на них.

— Ее похитили, — сказала леди Шерборн глухим голосом, в котором

слышалось отчаяние.

Изможденность на ее лице добавляла морщин, прибавляя ей возраст.

Но больше всего меня пугала застывшая безнадежность. Холодок прошел по

крови прямо к сердцу и заморозил его от ужаса. Мои пальцы уже сжимали

рукоять меча, рефлекторно вынимая его из ножен:

— Кто? Куда ее унесли?

— Они пошли в ту сторону. — У леди Шерборн едва хватило сил кивнуть

в сторону густого леса.

Направление — вот все, что мне было нужно. Я пришпорил лошадь и

нырнул в чащу. Я не стал дожидаться, пока мои спутники последуют за

мной. В голове стояла только одна мысль — необходимо спасти Сабину, пока

не стало слишком поздно.

Я гнал лошадь, не жалея ее и не учитывая обстоятельства. Позже

животное будет страдать, продираясь сейчас через ежевику и низкие ветви. А

мое израненное тело еще ощутит последствия этой скачки. Но сейчас я

перешел в режим воина: сосредоточенный, целеустремленный, жаждущий

боя.

Через несколько секунд я понял, куда увели Сабину. В эту секунду

страх вспыхнул в моей груди, как ревущий дракон. Я чуть не закричал от

ярости. Они отвезли ее на один из самых больших прудов Мэйдстоуна, где

ловили рыбу. Они собирались утопить ее.

Я ворвался на поляну с прудом, размахивая мечом. Четверо мужчин на

берегу были застигнуты врасплох, но успели обнажить оружие и

приготовиться к бою. Они встали барьером на краю водоема. Взглянув

мельком на гладь воды за ними, я понял, что худшее уже случилось. Капитан

Фокс сидел в лодке посреди пруда, держа в руках туго натянутую веревку, которая свешивалась через борт в воду. Сомнений быть не могло — Сабина

уже была на дне. Я не мог сдержать свой яростный рев. Я поднял меч и

двинулся на четверых разбойников. Все, о чем я мог думать, это как бы

доплыть до Сабины и вытащить ее из темных глубин. Я не знал, как долго

она была под водой, но понимал, что нельзя терять ни минуты.

С яростью, рожденной отчаянием, я набросился на людей, преграждавших мне путь. Толкнул одного из них в воду. Неповрежденной

рукой отбил меч у другого. Попытался ухватиться за кинжал другой рукой, но слабость и боль от раны в плече замедлили мои действия. И прежде чем я

успел выхватить кинжал, один из мужчин взмахнул мечом и задел мне бок, прорезав кожаную куртку. Я почувствовал жжение, но все же нащупал

кинжал. Четвертый обошел меня сзади и занес меч, чтобы вонзить его мне в

спину. Из-за поврежденной ноги я не мог двигаться в седле с обычной

ловкостью. Отбиваясь от двух мужчин, я понял, что у меня не осталось сил

бороться с другим, несмотря на всю свою энергию. Я уже приготовился к