Читаем Рабыня Смерти полностью

— Что ты готов отдать ради этого? — задавая вопрос, не знала, каким будет ответ. Объект попался крайне избалованный женским вниманием и не факт, что ėму захочется пожертвовать всем ради вечера с какой-то случайной дамой. Но другое дело — это то, что ему каждую ночь приходится ложиться в постель с женщиной далеко не первой свежести и наверняка вызывающей эрекцию с большим трудом.

— Ты не поверишь, — остановился, дождавшись пока поравняюсь с ним, — я готов душу отдать, лишь бы забыть об этом бизнесе!

Одно очко в мою пользу! Осталось еще два, и клиент полностью мой. Оглянулась по сторонам, просматривая пустой широкий холл перед гардеробом и несколько боковых дверей с каждой стороны.

— У меня есть идея, как стать ближе к твоему желанию, — схватила парня за руку, потащив к дверям, справа от огромной лестницы.

Толкнула дверь, заглянув внутрь. Комната абсолютно пуста. Слева расположились зеркала во всю стену, а вдоль дальней стены в ряд выстроилось множество пуфиков, обитых бордовым бархатом. То, что нужно! Затянула жертву в комнату, закрывая дверь на защелку.

— Повтори еще раз, что бы ты отдал, ради целого вечера в моей компании, — развернулась к растерявшемуся парню, дотрагиваясь до его груди и подталкивая к пуфикам.

— Ты такая напористая, — усмехнулся объект.

— Потому что мне не терпится получить тебя, — толкнула его на сидение, развязывая галстук. — Ну, так скажешь то, о чем я тебя спросила?

Каждая лишняя секунда в обществе этого таракана становилась невыносимее предыдущей. С первой жертвой было проще, так как я не знала совершенно ничего о его жизни, позволив ему стать просто целью. Но в этот раз я видела его во взаимодействии с другим человеком, после чего к объекту появилась личная неприязнь, которая осложняла задание.

— Что готов отдать такой шикарный мужчина за вечер с такой девушкой, как я? — поддела пальцами бретельку платья, спуская её с плеч, повторив то же самое со второй.

— Ух, малышка, я готов отдать душу, лишь бы ты скорее разделась, — скинул пиджак с плеч.

— Только разделась? — взялась за молнию платья, медлеңно расстегивая её. — Вот так? — скинула черный шёлк к ногам, переступая через него.

Лифчик в цвет платью и крошечные трусики, практически ничего не скрывали, делая меня скорее обнаженной, чėм одетой.

— Иди скорее ко мне, — притянул за руку к себе, припав губами к шее, оставляя влажные следы.

— Покажи сначала своё тело, тигр, — чуть оттолкнула жертву, развязывая до конца такой җе черный как его душа галстук.

Объект расстегивал пуговицы рубашки, продолжая слюнявить тело моего носителя поганым ртом.

— Малышка, ты такая секси…, - сбросил рубашку, обняв за талию и притягивая к себе.

Объект попытался посадить на себя, но я раздвинула его ноги коленом, упершись ногой в стояк. Чуть надавила на возбужденную плоть. Объект застонал, проникнув пальцами под пряжку лифчика.

— Я так сильно хочу тебя, — расстегнул застежку одной рукой, сразу же обхватывая губами сосок.

Собственная сущность, отторгая происходящее, буквально металась внутри носителя, требуя окончания этого разврата. Я не хотела быть голой в объятиях кого бы то ни было. Чёрт, всё это попахивает проституцией, а на это моего согласия точно никто не получал. В сознании всплыл образ Дора, крепко сжимающего руль автомобиля и ухмыляющегося очередной моей фразе. В одно мгновение щеки вспыхнули, а поцелуи объекта начали вызывать другие, более приятные ощущения.

— Я хочу тебя всего, — закрыла глаза, по-прежнему представляя Проводника, его широкие плечи, ямочки, сводящие с ума.

— М-м-м… я тоже малышка, — промычала жертва.

Его голос вывел из забытья, ңапоминая, кто он и для чего всё затеяно.

— Я хочу не только твоё тело, — запустила пальцы к нему в волосы, чуть наклонившись в бок, нащупывая галстук, лежащий ңа пуфике. Но кроме бархатной поверхности сидения, под пальцами ничего не было. Прижала объект плотнее к груди, повернув голову к зеркалу, осматривая зал в поисках искомого предмета. Чёртова удавка валялась практически у входа в комнату, до которого мне никак не добраться. — Я подарю тебе рай, если ты отдашь мне свою душу.

Твою мать, как я должна убивать его, если нет ни одного предмета, способного стать оружием?

— Бери всё, что хочешь, душу, тело, только сделай мне хорошо, — его руки потянулись к трусикам, стягивая их к ногам. Прикосновение чужих пальцев в той части тела, где им явно были не рады, пробудили чистую ярость. Словно жидкая магма, она растекалась по венам, наполняя тело силой. Каждая клеточка, пропитывалась невидимой решительностью.

— Спасибо, мой хороший, — сильнее сжала его волосы, отрывая голову от груди и откидывая её назад, — я возьму всё.