Читаем Рабыня полностью

Лина пошла по тропинке, которую указала ей женщина, обратно к стоянке, а затем вверх по крутому склону холма. На вершине она остановилась и увидела внизу одноэтажное прямоугольное здание без окон. Оно было похоже на современную тюрьму или наспех построенный временный корпус провинциального колледжа, хотя и выкрашен в тот же пасторальный белый цвет, что и главный дом. Здание, казалось, парило над газонами, ни внутри, ни снаружи никого не было видно, но входная дверь была распахнута настежь, и Лине показалось, что внутри горит свет. «Исторический архив Белл-Центра» – гласила вывеска.

Лина спустилась с холма и осторожно вошла внутрь. Зазвонил электронный колокольчик.

– Есть кто-нибудь? – позвала она.

Широкое помещение перед ней было застелено ковром темного, немаркого цвета. Несколько стульев, набитый книжный шкаф и круглый стол с аккуратными стопками книг и брошюр по искусству стояли слева от Лины; на стене висела табличка «Справочный зал». Перед Линой стояла длинная стойка высотой по грудь, сделанная из старого дерева медового цвета и, казалось, принесенная сюда из другого здания. Из-за этого экспоната появилась женщина с бледно-голубыми глазами, светлые волосы с проседью были заплетены в длинную косу, которая, змеясь, спадала на одно плечо, как ручной питон.

– Ну, доброе утро! – сказала она с веселой многозначительностью. Она была полной, но не толстой, с пышной грудью и множеством браслетов, которые тихо звякали при каждом движении. Такого выговора Лина раньше не слышала – он не был похож на телевизионный южный акцент, более мягкий и раскатистый, менее резкий.

– Доброе утро. – сказала Лина. – Вы – Нора Льюис?

– Виновна по всем пунктам. – Свободная темно-бордовая блуза без рукавов спадала с ее плеч, в ушах болтались золотые кольца. Из тех, кого Лина успела увидеть в Вирджинии, Нора Льюис больше всех была похожа на хиппи.

– Меня зовут Каролина Спэрроу. Надеюсь, вы мне поможете. Я юрист, готовлю коллективный иск, – начала Лина и поморщилась от собственных привычно-казенных фраз. – Я ищу информацию о Джозефине Белл, в частности, о том, были ли у нее дети. У меня мало времени, и я надеялась, что смогу ознакомиться с некоторыми вашими документами.

– О, дорогая, вы из Фонда Стэнмора? Оттуда уже приходили за нужными материалами.

– Вовсе нет. Я работаю в нью-йоркской юридической фирме «Клифтон и Харп».

Лина выудила из сумочки визитную карточку и протянула кремовый картонный прямоугольник с синим тиснением Норе Льюис, которая взглянула на нее без всякого интереса.

– А вы не пробовали обратиться в Историческое общество в Ричмонде? – сказала Нора, не взяв карточку. – У них просто куча информации об округе Шарлотта. Возможно, вы найдете там что-нибудь и о Джозефине Белл.

Лина была уверена, что Нора Льюис пытается отвлечь ее.

– Да, я уже была там, – ответила Лина. – И не нашла ничего полезного. Они-то и направили меня сюда. К вам. – Рука Лины, все еще державшая визитную карточку, зависла над стойкой. Глубоко вздохнув, Нора Льюис протянула руку и взяла визитку. Поначалу она читала, прищурившись и сморщившись, как от боли, но потом черты ее лица смягчились, брови приподнялись.

– Спэрроу, – сказала она совсем другим голосом, в котором звучало что-то вроде духовной близости. – Необычная фамилия. Вы не родственница Оскара Спэрроу, художника?

– Вообще-то это мой отец, – покорно ответила Лина. Слава Оскара все еще удивляла ее и неизменно заставляла чувствовать себя неловко, как будто она хвасталась тем, что он ее отец. Но теперь она увидела на лице Норы Льюис искренность, которой еще мгновение назад не было. Лина улыбнулась. – Он будет рад услышать, что у него есть поклонники в Линнхерсте.

– О, чудесно! Мне правда нравятся его работы. – Нора Льюис умолкла и снова посмотрела на карточку Лины, сосредоточенно, будто ее интересовало нечто большее, чем краткие сведения о посетительнице. Лина поняла, что Нора решает, как лучше использовать свою маленькую, но важную власть. – Ну, у нас есть порядок пользования архивами – обычно требуется предварительный письменный запрос. Мы были очень строги в последнее время, когда началась эта шумиха с авторством. – Нора Льюис закатила глаза. – Но почти все, что связано с Лу Энн, на прошлой неделе забрал фонд, так что, думаю, ничего страшного… Могу я спросить, что конкретно вы ищете? – Нора Льюис смотрела Лине прямо в глаза: она была одновременно и любезной, и твердокаменной.