Читаем Раба любви полностью

И так израненное сердце сжалось от новой, еще более сильной боли. Кэтрин почувствовала себя не только нелюбимой и ненужной, но и совершенно нежеланной. Даже Эдвину она, в конце концов, оказалась ни к чему. Так что уж тут говорить о Брайане. Великолепном, красивом Брайане!

— Не говори глупостей, — возразила Кэтрин, стараясь не выглядеть слишком несчастной. — Если уж тебе обязательно нужна на сегодня компания, попроси кого-нибудь другого. Одну из твоих милашек.

— Значит, ты отказываешься?

Сдержанный гнев, прозвучавший в голосе Брайана, поразил Кэтрин, сразу понявшую, насколько неблагодарным выглядел ее отказ.

— Послушай, это очень… мило с твоей стороны, Брайан… Но у меня выдался тяжелый день на работе, а тут еще это приглашение. Мне просто хочется перекусить чем-нибудь здесь и пораньше лечь спать.

— Что ж, по крайней мере, честно. А как насчет завтра?

Кэтрин тяжело вздохнула.

— Брайан, ты вовсе не обязан это делать.

— Что?

— Ты знаешь что.

— А, понял. Ты решила, что я поступаю так из жалости.

— Разве нет?

Он грустно улыбнулся.

— Не думаю, что мне стоит отвечать: ты все равно найдешь, что поставить мне в вину.

Вновь вздохнув, Кэтрин повернулась к кухонному столу.

— Ты все еще хочешь кофе? — спросила она.

— Если это не доставит тебе слишком много беспокойства…

— Разве может доставить беспокойство приготовление растворимого кофе? Иди в гостиную. И включи, пожалуйста, телевизор. В семь часов начнется викторина.

— Тебе нравится смотреть викторины? — спросил он, когда Кэтрин пришла с двумя чашками и поставила их на кофейный столик.

— Да, нравится, — ответила она, усаживаясь в другое кожаное кресло. Но только не сегодня, подумалось ей.

— Может быть, устроим соревнование? — спросил Брайан. — Или ты боишься?

Как ни странно, его самодовольное предложение несколько улучшило ее настроение, и Кэтрин приняла вызов.

— А ты уверен, что я не оставлю тебя без штанов?

Если и существовало что-нибудь на свете, в чем она была действительно хороша, так это викторины. Ее феноменальная память хранила множество фактов. Кэтрин любила вечерами сидеть у телевизора, стараясь ответить на вопросы раньше, чем участники передачи. И в большинстве случаев ей это удавалось.

Брайан ухмыльнулся.

— Может, это было бы не так уж и плохо, как тебе кажется?

О Господи! У этого человека на уме только одно.

— Я имела в виду гипотетические штаны, — сухо возразила она.

— Жаль. И все же, я думаю, что эти гипотетические штаны окажутся твоими, так что держись.

— О… я просто в ужасе!

— Так и должно быть, — произнес он загадочно, и Кэтрин бросила на него вопросительный взгляд.

Но Брайан по-прежнему улыбался ей, и она решила, что он просто подшучивает над ней. Когда они не ссорились, то часто подшучивали друг над другом.

— Не надейся, что я дам тебе выиграть только потому, что ты женщина, — добавил Брайан.

— Я и не надеюсь, — возразила она. — Лучше приготовься, скоро зададут первый вопрос. Мы должны будем ответить прежде, чем это сделают участники.

— Отлично.

Давно уже Кэтрин не испытывала такого удовольствия, какое испытала в следующие полчаса! Она выиграла, но с большим трудом. Брайан оказался очень силен, особенно когда дело касалось известных личностей. Но она опережала его в других вопросах, хотя, возможно, тут сказывался опыт. Кэтрин сильно сомневалась, что Брайан смотрит викторины хотя бы раз в месяц, не говоря уже о том, чтобы делать это каждую неделю.

Когда передача закончилась, и Брайан поднялся, чтобы уходить, она внезапно почувствовала разочарование. Странная ситуация, особенно если учесть, что час назад Кэтрин только и мечтала, чтобы гость убрался восвояси.

Она тоже поднялась.

— Если хочешь побыть еще, — внезапно вырвалось у нее, — я могу заказать пиццу. Неподалеку есть одно местечко, где можно выбрать пиццу на свой вкус, чесночный хлеб, кока-колу и всего за двадцать долларов.

— Ого! Это предложение, от которого я просто не в силах отказаться!

Кэтрин пристально посмотрела на Брайана.

— Ты не смеешься? Вряд ли пицца входит в твой ежедневный рацион. Правда, я помню времена, когда ты не гнушался разделить ее с нашей компанией. Но эти дни давно позади, не так ли? — спросила она, наклоняясь, чтобы забрать стоявшие на столике чашки. — Сейчас, полагаю, ты ешь не иначе как на серебре!

— О Боже! — раздраженно воскликнул Брайан. — Знаешь кто ты такая, Кэтрин? Извращенный сноб. А временами настоящая стерва. Перестань морочить мне голову и заказывай свою чертову пиццу, или я перегну тебя через колено и отшлепаю по замечательной попке, как и следует, поступать со всеми нехорошими девочками!

И он уселся обратно в кресло.

Кэтрин густо покраснела и тут же попыталась отнести такую реакцию на счет грубости подобного, типично мужского заявления. Но, тем не менее, она прекрасно понимала, что это результат невольно возникшей в ее мозгу эротической сцены.

Боже милостивый, да что с ней такое творится?

Поспешно отвернувшись, Кэтрин прошла в кухню, будто бы отнести чашки, и постояла там немного, пытаясь взять себя в руки.