Читаем Раб государства полностью

Сначала Тамару планировали на инженера большого корабля. Но практически тут же переиграли — лучшего кандидата на должность старпома было не найти. Старпом, как известно, на крупных кораблях отвечает за все. И в первую очередь за порядок в экипаже. Вот ей-то, сейчас «подпольно» изучающей менталистику — как-никак «В-4» по стандартной шкале — и отсылали всю информацию по новому соратнику. Тамара же закрепляла новичка за кем-то, кто уже вступил в ряды заговорщиков — а как иначе назвать? По сути ведь в планах было не просто сбежать со станции, но и уничтожить ее с почти всем населением в шесть с лишним сотен тысяч разумных. Вот тот товарищ, за кем закреплялся новичок, должен был в первую очередь обучить его учебному трансу джоре, позже помогая во всем, в чем сможет.

Ну а тех, кто по тем или иным причинам не подходил для экипажа, но в тоже время был категорическим противником рабства, заносили в списки первоочередной эвакуации при побеге.

Были, увы, очень редкие случаи, когда попадались рабы, которых все устраивало. Об этих просто забывали раз и навсегда.

* * *

Недели через три от участия в подобных вечеринках Костик отказался — и без него уже хватало достаточно квалифицированных «проверяльщиков». Та же Тамара Слесарева, параллельно со своей основной работой в их организации, по собственной инициативе нашла несколько отличных новичков. Более того, была «смещена» со своей должности в экипаже одним из ею же привлеченных специалистов. Бывшего капитана БПК, позже переклассифицированного при модернизации в ракетный фрегат, капитана первого ранга, то бишь по сухопутному полковника, Александра Ветлицкого, как в Содружестве говорят, сами джоре должны были поставить на должность старпома космического крейсера. Хотели даже назначить командиром, но опыт, его величество боевой опыт в различных космических столкновениях был только у одного человека в их уже не маленькой организации, у лейтенанта-коммандера Зола Гуна. А Тама Слес ушла на повышение, став практически начальником штаба организации. Кстати сказать у них даже появилась собственная СБ, пока состоявшая всего лишь из одного человека, но при этом крутого профессионала. Подполковника Игоря Залетного из Департамента военной контрразведки ФСБ России арварцы похитили всего-то пять лет назад. Здесь Иг Зал, администратор уже четвертого ранга, был помощником одного из работников огромной службы снабжения станции, негра, освоившего эту же специальность только в третьем ранге.

Вот на них-то и еще на пяток других людей, Костик и спихнул все руководство их вусмерть законспирированной организации — связь только через шифрованные каналы нейросетей. Разве что за парнем, точнее за его наручным искином под командованием Сеты, осталась запись на флешки учебных баз для всех заговорщиков. Другой безопасной возможности тиражирования необходимой информации у них не было. На складе научного сектора станции имелось несколько десятков наручных искинов с несколько меньшими возможностями, чем у парня, но легальный доступ на этот склад отсутствовал. А дублирующее оборудование в лаборатории ментоскопирования имело непозволительно большие размеры.

Ну и отключение взрывчатки в рабских ошейниках со снижением уровня наказания было пока на нем с Катаржиной. Собирали группу новичков в чьей-нибудь каюте, командовали заснуть с помощью своей нейросети, предварительно объяснив для чего это нужно. Обрадованные люди тут же пристраивались, кто на постели, кто в креслах, но большинство прямо на полу. Заходил Костик с подругой и не особо торопясь обходил всех, тратя на каждого чуть более полуминуты. Надо ведь было, передвигаясь от одного новичка к другому, не наступить на третьего. Максимум десяток минут, и не увиденная никем из только что облагодетельствованных новых членов организации парочка возвращалась в свое комфортное обиталище.

А там Костик, забросив все остальные дела организации, с головой закапывался в менталистику, раз за разом пытаясь создать хоть маленький кармашек. Ну, хоть тресни, но ничего не получалось. Две недели как головой об стену — все без толку. Только в начале третьей недели появился совсем уж малюсенький — семь кубических миллиметров — карманчик. Да и тот через четырнадцать секунд схлопнулся, благо пустой был. Будь в нем хотя бы песчинка — парня уже не было бы.

— Пронесло, — откинулся на подушку с довольной улыбкой Костик. Главное — почувствовал, как это делать. Остальное вторично.