Читаем Пылающий лед полностью

Генерал подумал, что еще месяц назад Печора казалась незыблемым белым монолитом, под которым где-то глубоко, невидимые и неслышимые, струились смирные до срока воды. И подумал другое: Россия тоже не так давно казалась монолитной… А теперь – точь-в-точь как ледяной панцирь Печоры – всё развалилось, раздробилось, и куски-осколки ломают и давят друг друга… нет, не друг друга – враг врага… И все вместе взятые дрейфуют по течению, куда-нибудь да вынесет… Единственная разница – льдины на Печоре белые, или по крайней мере кажутся белыми, грязь издалека и с высоты не видна. А осколки России, как и откуда на них ни взгляни, сплошь залиты кровью и дерьмом, дерьмом и кровью. И радиоактивными осадками, разумеется.

День стоял почти безветренный, и «Дмитрий Донской» (в девичестве, до выплат репараций после второй карпатской войны, носивший имя «Вильна батькивщина») медленно дрейфовал к юго-западу, не включая двигателей.

На земле разворачивалось наступление… Совсем не каноническим образом разворачивалось. По канонам военной науки наступающие должны превосходить противника в живой силе и технике как минимум в три раза. А если тот обороняется в заранее возведенной полосе укреплений, тогда вообще желательно соотношение один к семи, по крайней мере в количестве артиллерии, ракетных систем и бронетехники…

Примерно такая пропорция и соблюдалась в наземной фазе операции: на одних направлениях три к одному, а на других семикратное превосходство одной из сторон, а кое-где и поболее… Беда в том, что везде превосходящей стороной были сепаратисты. Лишь в воздухе полное господство быстро и безоговорочно завоевала российская авиация.

Вторым козырем федералов стала внезапность. Весьма относительная, конечно, внезапность. Незаметно операцию таких масштабов не подготовить, силы приходилось стягивать буквально отовсюду, выдергивая где батальон, где роту, а кое-где даже взвод из самых отдаленных гарнизонов. Агентурная сеть, развернутая в РФ, у мятежной республики имелась, и удар сепаратисты ожидали. Но не знали конкретных сроков и не готовились к массированному воздушному десанту.

Все свободные (весьма относительно свободные) силы ОКР стягивались к пограничной реке Ижме: две сводные дивизии мотопехоты, бронетехника, авиация. Там же, в Сосногорске, спешно создавалась мощная речная флотилия: спускались на воду доставленные из Питера бронекатера и прочие малые боевые корабли, пригодные к транспотировке по железной дороге; буксиры и баржи местных речников срочно готовили для перевозки десанта, обшивали титанопластовой броней, устанавливали на них «молотки» и пусковые для УРСов… Грузопассажирский атомоход класса «река – море», застигнутый в Усть-Ижме окончанием прошлогодней навигации, переделывали в плавучий штаб генерала Кравцова.

Работа шла большая и проводилась всерьез – и тем не менее была одной большой дезинформацией. Отвлечением внимания. Мятежники тоже готовились – оборудовали позиции на берегах Печоры, минировали и укрепляли места, удобные для десантирования с воды. И еще кое-какие сюрпризы готовили, по данным разведки: например, начиненные взрывчаткой скоростные, юркие моторные лодки и водяные скутеры, – намеревались они управлять ими дистанционно или при помощи смертников-камикадзе, разведка не выяснила. Да и незачем такая информация, все равно все силы и средства, вложенные в береговую оборону, истрачены впустую.

Но самый важный результат отвлекающей подготовки на Ижме – главари сепаратистов предполагали, что у них в запасе еще есть две недели, или по меньшей мере дней десять. Пока не пройдет ледоход по Ижме и Печоре, опасаться нечего, федеральная флотилия вторжение не начнет.

А когда начнет, времени для принятия контрмер все равно останется с избытком. От Сосногорска до Печоры относительно недалеко лишь по прямой, по железной дороге, разрушенной между этими двумя городами целенаправленно и основательно – не только пути разобраны и мосты взорваны, даже насыпи во многих местах срыты взрывами. А водным путем получается изрядный крюк – сначала на север по Ижме, затем на юг Печорой, против течения. Четыре-пять дней плавания, если оценивать скорость флотилии по самым ее тихоходным судам.

Но флотилия пригодится позже, когда придется выбивать мятежников из городков и поселков, разбросанных вдоль Печоры и ее притоков. А удар в их сердце, в столицу, наносился с воздуха.