Читаем Пылающие небеса полностью

— Они не остановились. Ты сделал то, что должен был сделать.

Долгое время он просто смотрел на нее, тяжело дыша.

— Я бы поступила так же. И чувствовала бы себя чертовски виноватой. Но наши люди на первом месте. Они должны быть на первом месте.

Сайлас наклонил голову, изучая ее острым, как алмаз, взглядом.

— Ты правда в это веришь?

— Да, черт возьми, верю. Мы пережили Охотников за Головами. Мы наслышаны о Поджигателях. На что они способны. Мы знаем, что это за люди. Мы должны защищать своих. Именно это ты и сделал.

Наконец, Сайлас кивнул. Не в его духе было выражать благодарность или извиняться. Она этого и не ждала. Но когда его усмешка вернулась, то казалась более радостной, более светлой.

И тогда Уиллоу атаковала. Она рванулась вперед, сделала финт влево и нанесла сильный удар в правую часть его челюсти. Сайлас отшатнулся назад.

На секунду его лицо перекосило от боли и ярости, затем тени рассеялись. Он потер челюсть и сплюнул на пол капельку крови.

— Черт, Кексик. Похоже, я чертовски хороший учитель.

Она разжала руку, разминая костяшки пальцев.

— Нет, это я отличная ученица.

Его сгорбленные плечи расслабились. Сайлас улыбнулся — настоящей улыбкой, которая, возможно, впервые за все время знакомства с ним достигла его глаз. Уиллоу улыбнулась в ответ.

Она показала на универмаг слева от них, где стояли десятки блестящих белых манекенов — их конечности сгибались, а стройные, безупречные тела обтягивала одежда по последней моде. Старые добрые манекены из пластика, а не новые голограммы, которые соблазнительно извивались, мурлыкая ваше имя, стоило пройти мимо.

Только на этом этаже их насчитывалось не менее сотни. Они застыли безмолвными памятниками… чему-то. Разгулу потребительства? Высокомерной культуре? Уиллоу не знала. Да это и не имело значения. Она просто хотела разбить их идеальные пластиковые головы.

Схватив с одного из манекенов солнцезащитные очки с бриллиантами, она нацепила их себе на голову.

— Готов что-нибудь разрушить?

— Всегда такая требовательная, Кексик. — Сайлас оскалился в злобной ухмылке и уже потянулся к своему рюкзаку, чтобы достать биту, утыканную гвоздями. — Но я постараюсь угодить.

Глава 7

Уиллоу

— А как насчет этих? — спросила Уиллоу, выставляя ногу, чтобы показать Амелии свои новые коричневые кожаные сапоги с высокими голенищами.

— Они выглядят прекрасно. — Амелия зашнуровала свои черные ботинки с оторочкой из серого меха у колен. Наступил апокалипсис, а Амелии все равно каким-то образом удавалось выглядеть эффектно.

Уиллоу нахмурилась. Ее рост был всего пять футов, размер обуви соответствующий, но отцовские икры стали для нее проклятием. Коричневые сапоги единственные, что пришлись ей впору. Такая глупая и незначительная деталь не должна была ее волновать, тем не менее это так.

Поскольку конец света наступил в начале сентября, в магазинах появились осенние модели, а вот теплые зимние вещи еще не завезли. Но сапоги, куртки, шарфы, тонкие хлопковые или кожаные перчатки предлагались на выбор.

Бенджи отправился за «покупками» вместе с Финном и ребятами, радуясь тому, что его приобщили к взрослой жизни. Уиллоу чувствовала лишь легкую тревогу из-за того, что его нет рядом. Она доверяла Финну и Мике. А Джерико, Сайлас и Габриэль были отличными бойцами. С ними Бенджи будет безопаснее, чем с ней.

Хотя она работала над этим. Они с Сайласом продолжали тренироваться и проводить спарринги при каждом удобном случае. С каждым днем ее сила, умение и мастерство росли. С каждым исчезающим синяком ее тело становилось крепче, выносливее. Она могла получить удар по лицу и отскочить назад, отплевываясь кровью и готовая к ответному удару.

Она все еще была невысокой и пухленькой; все такая же обычная, неприметная Уиллоу. Но она была сильной. Она умела драться. Она умела стрелять. Она могла убить человека, если потребуется. И это все меняло.

Амелия прижала к груди вязаный свитер клюквенного цвета, нахмурилась и отбросила его.

— Где Селеста?

Уиллоу окинула взглядом большой универмаг. Селеста исчезла. Последние несколько часов они все вместе бродили по магазинам, выбирая куртки, свитера, сменную одежду в рюкзаки, новые трусы, бюстгальтеры и носки.

Она выбрала ярко-бирюзовый шарф в честь Зии. Перебирая пальцами роскошную, бархатисто-мягкую бахрому, Уиллоу почувствовала, как осколок печали вонзился ей в ребра. В некоторые дни все заставляло ее думать о Зии. В иные дни любая мелочь причиняла боль.

Ей нужно отвлечься.

— Я поищу ее, — предложила Уиллоу.

В глазах щипало, когда она пробиралась между стеллажами с дизайнерской одеждой, сумочками и солнцезащитными очками. В голове мелькали мысли о семье: Зия, танцующая и поющая караоке во всю мощь своих легких, смеющаяся по-ослиному; Бенджи и Зия, украшающие волосы друг друга зажимами-бабочками; бирюзовые волосы Зии, подстриженные в стиле пикси, торчащие во все стороны; мама, потягивающая «Маргариту» и улыбающаяся от удовольствия на борту «Гранд Вояджера» — последний раз, когда Уиллоу ее видела.