Корабль закачался сильнее – видимо, подняли якорь. Матросы возились в трюме, переставляя груз так, чтобы избежать крена. Джулия молилась о том, чтобы их поскорее обнаружили, но Харли забился так глубоко в трюм, что отыскать их убежище было нелегко.

Прошло немало времени, прежде чем шум в трюме стих. Джулия поняла, что Харли спит. Ее тоже клонило в сон, но недавние события все время вставали у нее перед глазами. Погрузившись в размышления, она даже не заметила, что корабль замедлил ход, и опомнилась лишь тогда, когда почувствовала, что он остановился.

В трюме вновь появились матросы. Харли по-прежнему спал, и Джулия молилась, чтобы голоса не разбудили его. Может быть, теперь их, наконец, обнаружат.

Тишину нарушил недовольный голос:

– До чего глупо терять время в Смитфилде на поиск «зайцев»! Лучше бы мы сразу прорвались через блокаду и доплыли до Гольфстрима.

– Само собой, – подтвердил второй голос. – Но власти требуют, чтобы все корабли, покидающие порт, останавливались здесь для осмотра трюмов.

Первый продолжал ворчать:

– Мы же заглядывали в каждую щель при погрузке, но ни разу никого не нашли!

– В том-то и дело, – ехидно отозвался второй. – Жаль мне беднягу Айронхарта: ему еще не удалось поймать ни единого беглеца!

Айронхарт! Услышав это имя, Джулия вздрогнула. Вскоре она увидит Дерека! Она отчетливо представляла себе, как окажется в объятиях сильных рук и прижмется к твердой, как камень, груди. Джулия вновь испытала ошеломляющее ощущение защищенности, которое возникало у нее рядом с Дереком.

Мужчины приближались.

Нож! Убив часового, Харли сунул нож в сапог. Если он проснется, он тотчас выхватит нож и убьет не только незнакомцев, но и Джулию, думая, что она выдала его. Значит, надо отобрать у него оружие, пока он спит.

Джулия попыталась повернуться к Харли, но неудобная поза не позволяла ей пошевелиться. Слегка согнув колени, она развернулась лицом к Харли, стараясь не разбудить его.

Грубая мешковина царапала ее лицо. Рукой она задела правый сапог Харли, слегка приподнялась, нащупала верх голенища и засунула пальцы внутрь. Но за голенищем ничего не было.

Харли шевельнулся, и Джулия замерла, затаив дыхание. Голоса слышались все ближе. Теперь Харли в любую минуту мог услышать их, проснуться, потянуться за ножом и обнаружить, что Джулия обыскивает его! Она осторожно запустила руку за голенище левого сапога, продвинулась чуть глубже и коснулась твердой рукоятки. Медленно и опасливо она принялась вытаскивать нож.

Наконец нож очутился у нее в руке. Так же осторожно Джулия начала пятиться, стараясь выпрямиться, и тут прямо над ней прозвучал хрипловатый голос:

– Давай посмотрим вот здесь. Похоже, зазор между этими тюками слишком велик…

Харли проснулся мгновенно и тут же сунул руку в сапог, но не нашел ножа и вцепился свободной рукой в волосы Джулии. От неожиданности она выронила оружие.

– Какого черта?.. – Харли был слишком удивлен, чтобы помнить об осторожности. Он дернул Джулию за волосы с такой силой, что она вскрикнула. – Что ты делаешь? Где нож?

– Сюда! Скорее! Там кто-то есть. Отодвинь-ка этот тюк. Матросы лихорадочно принялись за работу.

Пальцы Харли нащупали горло Джулии и сдавили его. Увидев перед собой матросов, он рявкнул:

– Не приближайтесь, или я убью ее! Задушу голыми руками!

Между раздвинутыми тюками образовалось свободное пространство, где Харли мог с легкостью согнуть руки и сильнее сжать горло Джулии. Некоторое время опешившие матросы смотрели на него широко открытыми глазами, но вдруг один из них крикнул:

– А нам какое дело! Мы прикончим вас обоих… —И он направил в лицо Харли дуло ружья.

Джулия поняла, что пришел ее последний час. Если Харли не задушит ее, тогда она погибнет от рук матросов. Перед глазами у нее все поплыло и заволоклось дымкой.

Прежде чем Джулию окутал черный непроглядный туман, она вспомнила о Майлсе, лишенном надежды на спасение.

Затем образ любимого лица исчез, вытесненный черными глазами, горящими гневом и желанием. Примирившись с неизбежной смертью, Джулия сожалела лишь о том, что ей не довелось еще раз оказаться в объятиях Дерека…

Глава 18

Сидя у маленького стола, небрежно скрестив руки на груди, Дерек не сводил глаз с Джулии. Ее принесли сюда в глубоком обмороке и положили на узкую койку. Ее одежда была перепачкана, волосы встрепаны, но Дереку она по-прежнему казалась самой прекрасной женщиной на свете.

Корабельный врач осмотрел Джулию и сказал, что пойманный беглец чуть не придушил ее. К счастью, он не довел дело до конца, и теперь Джулия могла очнуться в любую минуту. Дерек отказался от предложения врача привести Джулию в чувство нюхательными солями. Пусть выспится. Во время прорыва блокады разговаривать некогда, а в голове Дерека роились десятки вопросов. В первую очередь он хотел узнать, как Джулия попала на корабль, проникла в узкое пространство между тюками хлопка, и почему ее чуть не убил какой-то мерзавец.