Читаем Пылающие души полностью

– Почему же остальные разбежались? – допытывался Томас. – Не лучше ли было пересидеть в убежище…

– Война-то еще не кончилась, и неизвестно, когда кончится. Мы выполняем приказ Фокса. Ему нужно убежище, вот мы и держим его наготове. Иногда мы приводим туда пленных и пытаем их, чтобы что-нибудь выведать. Когда сойдет снег, ты увидишь неподалеку от убежища несколько скелетов. Кое-кто из пленников упрямился, вот и пришлось перерезать им глотки.

Келсо хохотнул, а Томас обменялся с Майлсом взглядом, в котором сквозило отвращение.

– А остальные, должно быть, разбежались по домам, – продолжал Сэтч. – Может, они испугались, что Фокс выдаст нас. Но что мне до них? Мы уже почти на месте. Если бы не снег, мы прибыли бы туда гораздо раньше. Вскоре снег начнет таять – по моим подсчетам, уже начался март. Еще несколько недель – и все дороги развезет.

Сэтч встал и отправился на поиски сухих веток. Томас знал, что это задача не из легких. Келсо рылся в снегу возле стоянки, надеясь найти припрятанную кем-нибудь флягу.

Как только Сэтч отошел, Томас торопливо зашептал на ухо Майлсу:

– Бежать надо сегодня же, иначе уже завтра мы можем попасть в притон янки и дезертиров. Неизвестно, оставят ли нас в живых. Медлить некогда, Майлс. Ты готов?

Долгую минуту Майлс смотрел на него молча. Его глаза по-прежнему казались запавшими, под ними виднелись темные круги. Под желтоватой кожей проступали вены, пальцы остались тонкими, как прутья. Наконец Майлс глубоко вздохнул:

– А разве у нас есть выбор? Как думаешь, мы найдем обратную дорогу?

– Мы будем искать те же ориентиры, по которым Сэтч вел нас сюда. Когда мы доберемся до реки Джеймс, то повернем к Ричмонду…

– Ни в коем случае! – заволновался Майлс. – Нас обоих бросят в тюрьму. Разве ты забыл, что я беглец? А ты – мой сообщник. Нет, возвращаться в Ричмонд слишком рискованно. – Он устало покачал головой, на глаза навернулись слезы. – Томас, я искренне благодарен тебе за помощь. Я – твой вечный должник. Но от судьбы не уйдешь. Мы должны попытать удачу в убежище, куда ведет нас Сэтч.

– В таком случае нам не на что надеяться! – уверенно возразил Томас. – Что с тобой стряслось, Майлс? Что стало с моим другом, которым я гордился? Может, после побоев в тюрьме ты превратился в труса? Куда девались твоя сила и смелость? Неужели тебя сломали? – Его ноздри раздувались, грудь тяжело вздымалась от негодования. – А Джулия? Ты забыл про нее? Она без колебаний рисковала жизнью, чтобы спасти тебя, и неизвестно, какая опасность ей теперь угрожает. Неужто ты даже не попытаешься помочь ей, отплатить за все, что она сделала для тебя?

Майлс ошеломленно уставился на Томаса и наконец промолвил дрогнувшим голосом, проникнутым стыдом:

– Ты прав. Я в долгу не только перед тобой, но и перед Джулией. Объясни, что ты задумал?

Томас быстро изложил план, который созрел у него за последние несколько дней. Когда Сэтч и Келсо заснут, они должны ускользнуть по примеру остальных попутчиков.

– К ночи начнется снег, наши следы заметет. Искать нас никому и в голову не придет. Мы двинемся прямо на юг, в Северную Каролину, и доберемся до Уилмингтона. Там мы будем в безопасности. А если кто-нибудь заведет расспросы, скажем, что мы в отпуску после болезни. Достаточно взглянуть на тебя, чтобы понять, что мы не лжем.

Снег заскрипел под сапогами, и они замолчали, придвигаясь ближе к огню.

Возле костра появился Келсо с бутылью и предложил спутникам выпить, но оба отказались.

– У меня и без того урчит в желудке, – объяснил Майлс. – От спиртного голод станет еще сильнее.

Томас пробормотал, что неважно себя чувствует.

– Похоже, у меня начинается лихорадка. Лучше я вздремну.

Искоса взглянув на Майлса. Келсо процедил:

– Давно надо было избавиться от тебя. – И он перевел саркастический взгляд на Томаса: – Да и от тебя заодно. Лучше бы вы оба подохли.

– Отстань от них! – рявкнул Сэтч, возвращаясь к костру с охапкой сучковатых веток. – Нам осталось не больше дня пути. Узнав, что мы справились с работой вдвоем, Фокс будет доволен.

Томас и Майлс отодвинулись от костра, как делали каждую ночь. Хотя холод проникал под тонкие одеяла и пробирал их до костей, они уже давно поняли, что лучше держаться в стороне от ненадежных попутчиков.

Майлс сразу задремал, изнуренный долгой дорогой. Томас делал вид, что спит, и прислушивался к разговору Сэтча и Келсо. Как обычно, они делились воспоминаниями о подружках. Наконец их языки стали заплетаться – спиртное и усталость сделали свое дело. Костер медленно угасал, но приятели и не пытались подбросить в него дров.

Наконец Томас услышал тихое шипение снежинок, падающих на горячие угли. Под одеяло стала забираться сырость. В любое другое время он встал бы и попытался найти укрытие за камнем или под кустом, но теперь не осмеливался тревожить спящих.