Повторюсь, у многих ощущение, что нужно усиливать протест. Мы, например, вчера решили не расходится.

«СП»: — Почему вы выбрали такую форму протеста?

— Чтобы не провоцировать насилие — куда-то прорываться, устраивать спонтанное шествие. От прорывов мы отказались, но у людей глаза горят: сколько можно, мы выходим и расходимся по домам, давайте останемся!.. Я считаю, это правильная тактика. Если власть не будет слушать людей, рано или поздно случится так, что с площади откажутся уходить не несколько сотен, как вчера, а десятки тысяч человек. Но не будем забегать вперед…

Вчера люди остались, они общались, среди нас был депутат Госдумы. Это был своего рода Гайд-парк. По здравому суждению, нас, тех, кто остался, не нужно было разгонять. Мы имели право находиться на площади и общаться — за тем площади и существуют. Если люди не перекрывают движение транспорта, не применяют насилие — в чем проблема? На площади можно находиться круглые сутки — у нас, слава Богу, не комендантский час.

«СП»: — Почему власти пошли на разгон митинга?

— Обстановка была накалена до предела. На Пушкинскую было стянуто столько представителей правоохранительных структур, что что-то должно было произойти. Если на стене висит ружье, оно рано или поздно выстрелит — так и здесь. Пошла команда, и мирных людей начали задерживать. Все это, конечно, выглядело безобразно.

«СП»: — Как отреагирует на разгон митинга общество? — Посмотрим. 10 марта у нас запланирована следующая акция. Думаю, события на Пушкинской могут возмутить большое число граждан, и получится, что разгоном митинга власти добились обратного эффекта. В целом, я считаю, эскалация мирного протеста — тактика правильная.

«СП»: — Какое отношение у оппозиции к тому, что произошло после митинга?

— Для умеренных участников протеста это было очень неприятным продолжение — они не хотят столкновений с полицией. Но если посмотреть на дело с другой стороны, со стороны организаторов, — если бы митинг закончился иначе, что было бы в нем нового? Ну, пришел и выступил Прохоров, все обратили на него внимание — и что?! Эмоции собравшихся должны были как-то выплеснуться и, наверное, случившийся вариант был не самым драматичным.

Драматичным был бы вариант, если бы митингующие двинулись в сторону Кремля, чтобы взять его в осаду. Вот это могло бы привести к по-настоящему драматическим последствиям, потому что власти были настроены очень негативно, и центр Москвы напоминал осажденную крепость или военный лагерь. Страхи по поводу оранжевой революции у нашей власти сейчас очень велики. Поэтому то, что случилось — это неприятно, но это не худший сценарий.

«СП»: — Что нас ждет теперь?

— Если оппозиция не выработает новую концепцию, не выдвинет новые идеи — наверное, все равно многие люди будут ходить на митинги. Потому что это возможность пообщаться, подчеркнуть свою идентичность, увидеть, что таких много. Но интерес к риторике оппозиционеров будет уменьшаться. Соответственно, будет уменьшаться и эффективность деятельности оппозиции, и ее численность.

Сможет ли оппозиция адекватно ответить на этот вызов, выработать новую тактику, которая была бы приемлема для тех людей, которые настроены умеренно? Возможно, ей нужно задействовать элементы карнавала, концертов, привлечь к участию в митингах деятелей культуры. Тем более, раздражители, которые толкают людей на улицы, никуда не уйдут, а к политическим раздражителям добавятся еще и социально-экономические. Поэтому сегодня главное для оппозиции — преодолеть наметившуюся инерцию.

Протест в новых условиях

(радио «Эхо москвы», 11.06. 2012 г.)

Е. Альбац: Когда мы собирали этот эфир и определили тему «Накануне. Протест в новых условиях», мы имели в виду, прежде всего, поправки в кодекс административных правонарушений и в закон о митингах, принятые в ускоренном режиме, подписанные новым старым президентом Владимиром Путиным, несмотря на то, что Совет при президенте по развитию гражданского общества и правам человека на своем заседании определил этот новый закон ГД как антиконституционный и рекомендовал президенту наложить на него вето. Тем не менее, Путин это подписал.

Я полагала, что мы будем говорить о том, как будет проходить «Марш миллионов» завтра [12 июня] в условиях абсолютно драконовского закона, который, по сути, отменил в России статью 31-ю Конституции РФ, которая дает гражданам право мирно, без оружия собираться на демонстрации и шествия. Однако сегодня утром обстановка кардинальным образом изменилась. Сегодня прошли обыски у целого ряда лидеров оппозиции: у Алексея Навального, Сергея Удальцова, который здесь присутствует… Здравствуйте, Сергей.

С. Удальцов: Добрый вечер.