Путину все же нужно было зарабатывать на жизнь, и как раз в тот момент, когда, казалось, все было потеряно, произошло одно из случайных событий, ставших фирменным знаком его грядущей карьеры. Ему предложили работу по наблюдению за иностранными студентами в его альма-матер, Ленинградском государственном университете, в должности помощника ректора по международным делам. «Я был счастлив работать под прикрытием в ЛГУ, – говорит он. – Я хотел написать док тор скую диссертацию, лучше познакомиться с университетом и, возможно, получить там работу». Так что в марте 1990 года он стал помощником ректора, Станислава Петровича Меркурьева. Его внезапное возвращение на юридический факультет удивило некоторых сотрудников, хотя никто не сомневался в том, каковы его настоящие обязанности: все знали, что эту должность всегда занимают офицеры КГБ, и что Путин будет следить за студентами. Тем не менее, он договорился с Валерием Абрамовичем Мусиным, специалистом по международному праву, что тот станет его научным руководителем, и набросал план для своей диссертации. Путин вполне мог бы найти себя в карьере международного юриста, если бы один из его друзей со студенческой скамьи, теперь работающий в университете, не познакомил его с Анатолием Собчаком, одним из самых выдающихся людей в новом российском демократическом движении.

Собчак, привлекательный мужчина и прекрасный оратор, добился признания с помощью острых атак на коммунистическую элиту. Так как советские власти считали его ненадежным, ему было запрещено выезжать за рубеж, но при Горбачеве его карьера пошла в гору, и вся Россия слушала его речи, с тех пор как его выбрали народным депутатом. В мае 1990 года Собчак был назначен председателем Городского совета Ленинграда (Ленсовета). Город был в жутком состоянии: уровень безработицы был очень высок, уровень преступности рос, и царил всеобщий дефицит. Хотя Собчак родился в 1937 году в Сибири, он получил диплом юриста в ЛГУ, а позже стал работать в университете. Он читал лекции Путину в нескольких семестрах, хотя они никогда не общались лично. Путин быстро приехал в кабинет председателя в Мариинском дворце на Исаакиевской площади, и там Собчак объяснил, что ему нужен ассистент, который исполнял бы роль буфера между ним и многочисленными мошенниками и аферистами, которые находились повсюду. Он был впечатлен тем, что помощник ректора хорошо говорил по-немецки и немного по-английски и был весьма невозмутимым человеком. Путина рекомендовал ему Станислав Меркурьев и, по словам управляющего хозяйством в Кремле Павла Бородина, Галина Старовойтова тоже замолвила за него словечко. После короткого собеседования Собчак предложил Путину перевестись из университета на должность советника. Более того, он хотел знать, сможет ли Путин начать работать со следующего же понедельника. Страна погружалась в хаос, и все происходило очень быстро.

«Собчак уже тогда был известной и популярной личностью, – говорит Путин. – Мне не все в нем нравилось, но он завоевал мое уважение». Он ответил, что с радостью выйдет на работу в понедельник, но есть кое-что, что нужно знать председателю совета: «Я не просто помощник ректора, – сказал он. – Я еще и офицер штаба КГБ». На мгновение Собчак замолчал, а потом сказал: «Ну, плевать на это. Мне нужен ассистент. Если честно, я боюсь выходить в приемную. Я не знаю, кто эти люди».

Путин получил работу и перевод.

Сторонники Собчака были шокированы его решением, когда в демократических кругах стало известно, что Путин – офицер КГБ. На вопросы о своем помощнике Собчак отвечал так: «Путин не сотрудник КГБ, а мой бывший студент».

Дела могли бы пойти скверно, когда один из призраков из его дрезденского прошлого вернулся, чтобы доставить ему неприятности. Клаус Зухольд, опасаясь, что его скоро разоблачат, сдался немецкой разведке в декабре 1990 года. Зухольд снабдил немцев детальным описанием своего друга и наставника из КГБ, Владимира Путина. Он также раскрыл имена четырех бывших восточногерманских полицейских, которые работали на КГБ. Путин отрицает, что он участвовал в операциях, нацеленных на создание сети восточногерманских шпионов. Сегодня он находит «забавной всю эту чепуху в газетах. Я с недоумением читаю о том, что западные страны ищут агентов, которых я завербовал. Это все вздор». Самым главным шпионом был инспектор дрезденской полиции, известный как «Шорх», который предположительно работал непосредственно под началом Путина. Инспектор все еще работал на КГБ, когда в апреле 1993 года его арестовали. К тому времени, правда, жизнь Путина пошла в совершенно новом направлении. Ленинград был переименован в Санкт-Петербург, а Путин с невероятной скоростью взлетел вверх по карьерной лестнице, став заместителем мэра второго по важности города России.

Глава 4. Доверие и танки