Читаем Путин Инкорпорейтед полностью

Ибо она параллельно с дефолтом США предлагает американцам создать свой замкнутый экономический блок (этакую «империю») в составе самих себя, Канады и Мексики с полумиллиардным населением. Ибо это — наилучший из всех возможных вариантов исход. Вернее, наименее худший.

«…Исключая возможность полномасштабной войны, вследствие агрессивной протекционистской политики США в худшем случае главные экономические силы индустриализованного мира разойдутся по своим углам. Можно предположить, что мир разделится на экономические блоки.

Во-первых, американский экономический блок (вероятнее всего, к нему присоединится Канада). В пользу этого региона говорит не просто почти полмиллиарда человек (по демографическим данным на сегодняшний день) с наибольшей покупательной способностью, выраженной в подушевом доходе. Северная Америка легко может стать самодостаточной. Если ввести заградительные меры для торговли и иммиграции, она все равно сможет прокормить своих граждан, обеспечить себя энергией…, а по своим географическим особенностям она в любом случае очень неудобна для вторжения…» — дает весьма откровенный расклад Д. Мойо.

Другие блоки — это угасающая Европа, которая продолжит испытывать системный упадок, а также — Китай. Однако он, по мнению автора, очутится в более тяжелом положении, чем американский блок. Китайцам не хватает пахотной земли и углеводородов, а экономически присоединенные к КНР районы Латинской Америки и Африки все-таки не так привязаны к китайцам, как элементы американского блока — «империи».

О судьбе русских в книге — полный молчок.

Образование американского блока после дефолта США Мойо считает скорее полезным (для янки) ударом по Китаю.

«Выгодно ли США подрывать рост Китая? Ведь, скорее всего, это и произойдет в случае настоящего американского дефолта. При росте доли населения, неспособного конкурировать на глобальном рынке, и поголовном падении уровня жизни США не слишком будут волноваться из-за китайских планов роста и вероятного их срыва».

То, что рисует Мойо, означает полное разрушение открытости, Всемирной торговой организации и смерть неолиберализма. Не удивляюсь тому, что Кремль ныне спешно взялся строить Евразийский союз, брать под плотный контроль Сибирь и вооружаться. Там, в Кремле, тоже чуют, что приход глобального шторма и распад прежней долларовой системы уже недалеки. Но вот только очевидно, что Кремль с задачами будущего не справится. По причине воровства и профнепригодности. Ибо какой осел строит свой экономический блок (империю), при этом вступая в ВТО, обреченную на смерть и способную разорить остатки русской несырьевой промышленности да агропрома? Только полный осел…

В заключение своей книги замбийка-американка пишет, что США стоят на пороге превращения в социалистическое государство худшего типа: с растущими расходами государства при падающей доходной базе. В конце концов, огромные затраты на здравоохранение, пенсии, борьбу с безработицей и бедностью (при деиндустриализации страны и падении ее доходов) кончатся лишь одним — катастрофой. Громадный госдолг уже душит экономический рост Запада. Госдолг в 90 % от ВВП, как доказали Рейнхарт и Рогофф, уменьшает экономический рост таких стран на 2 % в год по сравнению со странами, где госдолг — не выше 30 % от ВВП. Хотя Мойо считает, что госдолг США превысит 100 % ВВП только в 2014 году, Максим Калашников уверен: реальный ВВП Америки — не 15, а 10 триллионов долларов. А значит, долг уже выше ста процентов.

Но в основном Мойо права. Другого выхода, кроме крайне опасного дефолта, у Америки нет. Она и так похожа на альпиниста, висящего на руках над пропастью с тяжелым рюкзаком и с гроздью других альпинистов на веревке. Рюкзак и веревку придется обрезать.

Мойо считает, что нет иного выхода, кроме реиндустриализации Запада. Ибо теперь в нем живет слишком много ни на что не годных, никчемных потребителей.

«…Западные корпорации строили заводы в бедных развивающихся странах (и проложили широкие пути для тамошнего рынка труда), но прибыль и, в частности, доход на капитал, накапливались только у горстки акционеров. И конечно, решение миллионов семей во всем западном мире добиваться успеха только на «звездных», потенциально очень прибыльных поприщах в ущерб образованию приводят к растущему избытку дорогостоящих, малообразованных, неквалифицированных и неспособных к мировой конкуренции граждан…»

Мойо безжалостно развеивает бредни некоторых «вечно вчерашних», которые твердят о том, что нужен «рестарт» капитализма. Мол, нужно было давно отказаться от всех социальных программ и развивать чистый капитализм, где каждый сам за себя, где частной инициативе дана широкая свобода, где налоги — минимальны. Возврата к такому капитализму уже не будет! Это невозможно.

«Эта экономическая стратегия могла бы иметь смысл, если бы не один момент. Такая рыночная доктрина немыслима без квалифицированных и высокопроизводительных трудовых ресурсов, которых, учитывая статистику труда и образования для следующих поколений, будет катастрофически не хватать…» — пишет Мойо.