Читаем Пути и путы полностью

«Черт, как же я их люблю, – думал Антон. Это моя семья. Гнездышко. Столько мы пережили с Аней, переезды, нужду. Прощали ошибки, росли над собой. Было столько хорошего. Мало у кого за всю жизнь выпадает столько счастья. А как вместе путешествовали! Господи, эти пляжи, мы лепили снеговиков из песка и называли песковиками, занимались любовью в воде, когда на берегу было полно народу. Бешеная страсть! Да где только мы не занимались этим! Кино, автобус, кухня друзей, подъезды, клубы, поезда, подворотни. Черт, и ведь это не в медовый месяц это было шесть лет. Настоящих шесть лет по двенадцать месяцев. Наша страсть пылала, не уменьшаясь, но потухла в момент за какие-то полгода».

Антон вспомнил поездку в Амстердам и засмеялся в голос.

– Чего смеешься, Тошик?

– Вспомнил, как после кексов и косяка мы не могли найти отель в Амстердаме.

– А, да, – Анюта засветилась, – шесть часов кружили.

– Ага. Помнишь, оглядывались и сразу же забывали, в какую сторону шли. Разворачивались и возвращались, откуда пришли. Потом я повторял постоянно, что главное не оборачиваться.

– Те еще наркоманы, из вестибюля отеля вышли, думали, это не наш. Чудом вовремя сообразили, что сюда-то мы и шли.

– Да, Анют, спасибо тебе. Столько хорошего было. У меня прямо сердце наполняется медом.

Антон замолчал. Может, зря это все затеял? Что я жиру бешусь? Хорошо ведь живем. Дом, семья есть, куда черт тянет? Какой еще на фиг лофт? Как я один буду жить? Не хочу я. Нет. Не хочу уходить. Мне и здесь хорошо. Ну, хорошо же.

Анюта взяла мужа за руку, обеими руками обняв его ладонь. Забытое чувство. Это означало «я тебе верю, и я с тобой». Когда-то обозначало. Аня хотела вернуть смысл.