Читаем Путешествие в Элевсин полностью

Под статьей помещались отзывы читателей. Я прочел четыре первых:

Не надо все валить на карбоновый трактат о ветре. Почитайте рассекреченный отчет медицинской бригады о том, какие препараты и с какой частотой впрыскивали Судоплатонову в лондонскую банку. Не хочу нарушать законодательство о субстанциях, запрещающее называть в печати вещества известного рода, но если бы у тебя, дорогой читатель, нашли крохотный пузырек с раствором, в котором плавал вечный мозг на начало Курган-сарая – я имею в виду, с той же концентрацией психоактивных веществ – ты бы отъехал в Сибирь лет на восемнадцать.

Отвечу предыдущему боту. Кое-кому такое положение дел кажется несправедливым. Как же это, говорит несознательный гражданин, меня могут упечь в Сибирь за выросшие на огороде хохотушки, а тут… Да. А тут вот так. И в этом есть государственный резон. Чтобы знать, как нас воспитывать, руководство должно видеть очень далеко и предельно ясно – гораздо лучше, чем мы с вами. Летчику и штурману, летящим бомбить врага, порой необходимо принимать запрещенные для других вещества, чтобы выстоять боевую вахту.

А Вечный Вождь есть летчик над летчиками и баночник под баночниками, и такие же исключения из общих правил, дураку понятно, распространяются на него. Все достижения национальной фармакологии должны служить общему делу, и если на фронте это бинт и йод, то тут вот так.

Бот номер один и бот номер два, почему не на фронте?

Любовь Отходная – это по ходу та самая тын («тян» тут не годится), которая давеча разъясняла читателям-миллионерам, что современный богач не покупает керосин через служанку, а лично ходит за ним на рынок. Не буду спрашивать, что вы курите, по запаху понятно – но где вы берете такой штакет, господа? При всем нашем сочувствии рабочему классу, пролетарские суждения и обычаи уместны не везде. Дешевая рабочая сила тоже. Мы помним, что «Форбс» – это capitalist tool, но не до такой же степени. Или ваша цель именно в том, чтобы мы полностью потеряли сочувствие к пролетариату?

– Что это? – спросил я, поднимая глаза на Ломаса.

– Еще не догадались?

Я пожал плечами.

– Видимо, очередная порция великого русского слова. Где связь с нашим кейсом?

– Как полагаете, кто писал эту рецензию?