Читаем Путь вперед полностью

Не стоит изобретать колесо: общество, находящееся в состоянии застоя, может учиться у преуспевающих, динамичных государств, перенимать их методы и общественные институты. Потенциал людей, живущих в обществе, находящемся в состоянии застоя, можно продемонстрировать на примере тех навыков, которые эти люди приобрели в тех видах деятельности, которые присущи их обществу. Многие из представителей так называемых примитивных народов превосходят других людей в навыках, которым не так-то легко обучить людей, живущих в более развитом обществе. Навыкам, которыми владеют охотники с духовыми ружьями (orangash), живущие на Малайском полуострове, вряд ли могли бы обучиться даже охотники, мастерски владеющие огнестрельным оружием. Тем не менее, если бы охотники с духовыми ружьями обучались охоте с применением огнестрельного оружия с детства, на протяжении нескольких поколений, то нетрудно себе представить, что они научились бы владеть огнестрельным оружием так же искусно, как обращаются теперь с духовыми ружьями.

Ясно, что способность к приобретению новых навыков является отличительной чертой людей; все, что для этого необходимо, — это наличие самой возможности обучаться и постоянная практика. Этот процесс может занять долгое время, иногда даже несколько поколений, но, рано или поздно, люди приобретут необходимые навыки. Речь идет не только о навыках ручного труда, — сама способность к мышлению, рассуждению, решению задач вполне может быть развита у любого народа, если предоставить людям возможность учиться и проявить в этом деле настойчивость.

Это короткое отступление, посвященное вопросам развития цивилизации и культуры, уместно в контексте анализа проблем культурной трансформации малайцев и других коренных народов, предпринятой с целью успешного осуществления НЭПа. Культура — материя очень сложная. Кроме духовных ценностей, языка и искусства, существует множество аспектов жизни, которые вносят вклад в культуру любой общины, расы или нации. Некоторые отличительные черты культуры того или иного народа довольно трудно идентифицировать и отличить от особенностей культуры других народов, но они придают особый колорит и черты расе или нации и могут определять уровень достижений народов.

Вообще говоря, культура расы или нации развивается естественными путем, на подсознательном уровне, и, в основном, под влиянием окружающей среды и эмоционального склада людей. Если развитие культуры ведет к прогрессу общества, его усложнению и стремлению к постоянному самосовершенствованию, то общество способно предпринять сознательные усилия, чтобы способствовать изменениям в культуре. Обычно такие усилия есть результат осознаваемой людьми несправедливости или вредного влияния существующей культуры на общество в целом или отдельные элементы общества.

Иногда культурные изменения являются результатом божественного вдохновения, — именно так возникли великие мировые религии. В другие эпохи несправедливость, осознаваемая живущими в том или ином обществе людьми, ведет к политическим и культурным переменам, которые часто сопровождаются насилием. Лучшими и наиболее часто приводимыми примерами таких изменений являются французская и русская революции.

Несмотря на то, что цели подобных движений являются преимущественно политическими, их новизна и та огромная поддержка, которой они пользовались, неизбежно оказывали влияние на культуру народов. Франция после 1789 года и Россия после 1917 года уже никогда не стали такими, как прежде. Народы этих стран покончили с общественной несправедливостью, как они ее понимали, но с течением времени сами революционные движения претерпели громадные изменения, и не всегда к лучшему. Революционеры, пришедшие на смену тем, кто начинал революцию, значительно отличались от своих предшественников. Коммунисты обещали людям добиться установления имущественного равенства, реальность же была иной, что подрывало трудовую этику и дух конкуренции. В конце концов, общество достигло равенства в нищете, а не равенства в богатстве.

Как только культура достигает определенного уровня развития и воспринимается народом, изменить ее, даже к лучшему, становится трудно. В прошлом подобные попытки приводили к обвинениям в ереси. В средневековой Европе римская христианская церковь, практически, добилась культурной однородности, основывавшейся на христианском учении. Любые нарушения общепринятой доктрины и правил поведения рассматривались как ересь, и преследовались инквизицией, накладывавшей, как правило, весьма суровые наказания. Потребовалось несколько веков и множество человеческих страданий, прежде чем ересь наконец-то смогла сломить сопротивление Рима. Новая динамичная протестантская культура возникла во многих странах Западной Европы, включая Великобританию и Голландию, и эта культура на протяжении следующих 250 лет стала фундаментом небывалого развития торговли, империализма и промышленной революции. Добиться результатов в деле изменения культуры вполне возможно, но это процесс нелегкий, требующий времени, усилий и, возможно, жертв.