Читаем Путь вперед полностью

Это тем более удивительно, ибо форма правления, введенная для урегулирования сложившейся ситуации, была военной и по сути, и по названию. Национальный оперативный совет в своей деятельности опирался на Военный оперативный совет (military operations council), в котором обычно председательствовал старший по званию военачальник. Поэтому было бы вполне естественно, если бы главнокомандующий вооруженными силами захотел возглавить НОС. Тем не менее, ни генерал Тенку Осман (Tunku Osman), ни генерал Дато Ибрагим Исмаил (Dato Ibrahim Ismail) даже не попытались занять эту должность, хотя они были среди тех, кто внес предложение о создании НОС. Несмотря на ту большую роль, которую играли военные и полиция в восстановлении законности и порядка и выполнении решений НОС, они были вполне удовлетворены тем, что НОС возглавлял гражданский политик — Тун Абдул Разак.

Несмотря на то, что в сегодняшней Малайзии отсутствие военного режима воспринимается как что-то само собой разумеющееся, не стоит забывать, что не так уж давно, сразу после окончания Второй мировой войны, страна управлялась Британской военной администрацией, которую возглавлял генерал-майор Хоун (Hone). Генерал-лейтенант Бриггс (Briggs) и сменивший его генерал Темплер были назначены для руководства военными действиями против коммунистических повстанцев, при этом Темплер совмещал эту роль с должностью посла и руководителя колониальной администрации. Сложившаяся в 1969 году ситуация идеально подходила для того, чтобы совершить военный переворот, и если этого не произошло, то жителям Малайзии следует всегда с благодарностью вспоминать об этом. Наши солдаты всегда были профессионалами, они никогда не вынашивали каких-либо политических амбиций, хотя некоторые из них, после ухода в отставку, принимали участие в выборах. Именно поэтому Малайзии удалось стать демократической страной, управляемой гражданскими политиками, которых уважают военные. Политики, в свою очередь, с уважением относятся к военным и их профессиональной деятельности. Предложение о создании милитаризованного НОС было подготовлено небольшой группой государственных служащих, которая включала главнокомандующего вооруженными силами, генерального инспектора полиции и нескольких высокопоставленных малайских государственных служащих. Они подали это предложение на рассмотрение премьер-министра и заместителя премьер-министра, и вскоре было получено согласие короля на создание НОС и введение чрезвычайного положения.

Малайцы могли бы использовать НОС, чтобы захватить абсолютную власть в стране. Они пользовались полной поддержкой со стороны армии и полиции, которые состояли преимущественно из малайцев, потому что мало кто из немалайцев, особенно китайцев, стремился поступить на службу в армию или полицию. Следует отдать должное малайским лидерам: они никогда всерьез не рассматривали вопрос об отстранении немалайцев от власти. Сформировав НОС, в который входили представители всех трех основных общин страны, руководители Совета решили провести консультации относительно будущего страны и с другими политическими силами, включая оппозицию. Для этого был сформирован Национальный совещательный совет (National Consultative Council) в состав которого вошли некоторые члены оппозиции и ученые, а также многие депутаты вновь избранного парламента. НСС обсудил предложение НОС о выработке национальной идеологии «Рукунегара» и Новой экономической политики, направленной на устранение расового экономического неравенства в Малайзии. (Прим. пер.: Rukunegara, «заповеди страны», — принятая в Малайзии идеология, которая включает в себя веру в Бога, лояльность к королю и стране, уважение к Конституции, верховенство закона, укрепление морали) Ясно, что малайских руководителей НОС волновало не только немедленное восстановление законности и порядка в стране, но также и проблемы расовой политики в Малайзии на долгосрочную перспективу. Сотрудничество между китайцами и малайцами, особенно в период борьбы за независимость, показало, что, несмотря ни на что, имелся потенциал для развития добрососедских отношений между ними. Всякий раз, когда возникала необходимость вместе потрудиться ради общего блага, и те, и другие всегда старались мыслить перспективно, проявляли прагматизм, желание позабыть прошлые конфликты и насилие.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Чикатило. Явление зверя
Чикатило. Явление зверя

В середине 1980-х годов в Новочеркасске и его окрестностях происходит череда жутких убийств. Местная милиция бессильна. Они ищут опасного преступника, рецидивиста, но никто не хочет даже думать, что убийцей может быть самый обычный человек, их сосед. Удивительная способность к мимикрии делала Чикатило неотличимым от миллионов советских граждан. Он жил в обществе и удовлетворял свои изуверские сексуальные фантазии, уничтожая самое дорогое, что есть у этого общества, детей.Эта книга — история двойной жизни самого известного маньяка Советского Союза Андрея Чикатило и расследование его преступлений, которые легли в основу эксклюзивного сериала «Чикатило» в мультимедийном сервисе Okko.

Алексей Андреевич Гравицкий , Сергей Юрьевич Волков

Триллер / Биографии и Мемуары / Истории из жизни / Документальное
Моя борьба
Моя борьба

"Моя борьба" - история на автобиографической основе, рассказанная от третьего лица с органическими пассажами из дневника Певицы ночного кабаре Парижа, главного персонажа романа, и ее прозаическими зарисовками фантасмагорической фикции, которую она пишет пытаясь стать писателем.Странности парижской жизни, увиденной глазами не туриста, встречи с "перемещенными лицами" со всего мира, "феллинические" сценки русского кабаре столицы и его знаменитостей, рок-н-ролл как он есть на самом деле - составляют жизнь и борьбу главного персонажа романа, непризнанного художника, современной женщины восьмидесятых, одиночки.Не составит большого труда узнать Лимонова в портрете писателя. Романтический и "дикий", мальчиковый и отважный, он проходит через текст, чтобы в конце концов соединиться с певицей в одной из финальных сцен-фантасмагорий. Роман тем не менее не "'заклинивается" на жизни Эдуарда Лимонова. Перед нами скорее картина восьмидесятых годов Парижа, написанная от лица человека. проведшего половину своей жизни за границей. Неожиданные и "крутые" порой суждения, черный и жестокий юмор, поэтические предчувствия рассказчицы - певицы-писателя рисуют картину меняющейся эпохи.

Александр Снегирев , Елизавета Евгеньевна Слесарева , Адольф Гитлер , Наталия Георгиевна Медведева , Дмитрий Юрьевич Носов

Биографии и Мемуары / Проза / Современная русская и зарубежная проза / Современная проза / Спорт