– Может быть, зря мы их отпустили? – Игорь посмотрел на товарищей по дежурству.

Рука у него давно зажила, чувствовал он себя физически прекрасно, только душе не давал покоя давно прошедший и не закончившийся полным уничтожением неприятеля бой.

– Могли бы прижать к берегу да перестрелять всех до единого, – продолжал Игорь. – Там немного надо было их попугать, а затем бы Председатель подошел, и зачистили бы всех без проблем.

Даже захотел показать место предполагаемого окончательного избиения, однако снаружи густо валил снег, и разобрать что-либо подальше от блокпоста было решительно невозможно.

– Оно нам очень надо? – поморщился Олег. – Убрались, и черт с ними! Больше сюда не сунутся. Раз уж даже колдовство им не помогло… Еще остальных предупредят – с нами никакие шутки не проходят.

– Не помогло… А сколько людей заснуло? Или испугалось – на фермах подальше?

– А сколько не испугалось? Я тебе так скажу: есть в мужчине стержень, его ничто не испугает и не свернет с пути. А нет – так и взяться ему неоткуда.

– Но ведьму все равно отпускать было нельзя! – с неожиданной злостью произнес Игорек. – Тут капитан точно маху дал! Был бы здоров Букретов, ни за что бы не выпустил гадину! Шлепнул бы самолично – и всех делов!

– Ты кто такой – Ворона осуждать? – прикрикнул Олег. – Раз отпустил, значит, надо было.

Он-то догадывался, почему офицер поступил именно так. Но зачем выдавать чужие тайны?

– Не осуждаю я, – пошел на попятный Игорь. – Сомневаюсь только… Вон как волки потом выли. Прямо не баба, повелительница хищников. Слушают же ее. Не видели, что ли, как ее серые встречали?

Сигнал от двери, и внутрь вошел тот, чьи поступки только что обсуждали.

– Доложить обстановку! – выглядел Воронов неважно. Словно внезапно постарел после памятного нападения – стало видно больше морщин, взгляд несколько рассеянный, улыбка вообще пропала с лица. Порою же на офицера нападал кашель, злой, нехороший, только должность обязывает держаться, и капитан держался.

– Что обстановка? – совсем не по уставу отозвался Олег. – Метет, ни зги не видно. Да в такую погоду захотят, не сунутся.

– Лето, блин! – подал голос Игорь.

– Лето как лето, – Воронов шагнул к прикрытой амбразуре, словно надеясь что-то там разглядеть. Долго молчал, вертел патрон и лишь потом обронил: – Букретов пошел на поправку. Еще слабоват, но…

– Здорово!

– Капитан хочет предложить план, – шепнул Гаричев. – Мол, пора взяться за наведение порядка во всей округе. А для начала как следует разведать Хабаровск. Хватит ему находиться под бандами! Да и нам нельзя же вечно сидеть на одном месте! Лучше погода не станет, но хоть как-то помочь людям выжить… Если там вообще остались люди. Но группу Ворон туда поведет точно. Как только Букретов на ноги встанет.

Олегу невольно подумалось: а ведь причина тут иная. Вернее, одна из причин. Названные тоже имели место. Все мы люди…

Снег валил и валил, покрывая очередным слоем поле перед блокпостом, дальний лес, лед на реке… Только почему-то вместо белизны перед взором Воронова стояла ее противоположность – чернота.

У Оруаль черные глубокие глаза…

Она уходила, и небо было спокойным, лишь привычно затянутым в тучи. Только завывал где-то в отдалении волк, да совсем на горизонте застыли остатки банды. Как там звали того мужика? Мельник или все-таки Мельников?

Да какая разница? Все условно – лето, зима, день, ночь… Реален один лишь снег. Или все-таки и что-то другое?

Будет больше времени, может, и слова для убеждения найдутся. Вывез бы тогда, не было бы нынешней драмы. А что колдунья, подумаешь…

За два часа до Катастрофы

– Андрей!

Воронов нехотя оторвался от книги. Лицо супруги было бледным.

– Там по радио…

– Еще одна авария? – однако мужчина уже поднимался с места. Не должна современная женщина так реагировать на какую-то катастрофу. Очень уж их много в последнее время.

– Москва уничтожена… Атомные взрывы… Вроде война. Говорят, будет мобилизация…

– С кем? Напал кто? – Воронов спрашивал, а сам уже торопливо одевался.

Где же документы?

– Там не сказали…

Шаг на кухню, однако по радио раздался хрип, и дальше на всех диапазонах пошли сплошные помехи.

– Ты куда?!

– В штаб.

– Ты же из армии давно ушел…

– Офицер бывшим не бывает. Раз война, мое место там, – Воронов редко говорил настолько непререкаемым тоном. Зато если говорил, никакие возражения не принимались.

Сборы не заняли даже пяти минут. Смена белья на всякий случай да документы. А большего и не требуется.

– Хватай машину и в Малышево. Только быстро.

– Зачем? – Лена никак не могла врубиться. Она бы устроила скандал, только все было настолько наспех…

– Затем, что в случае войны на Хабаровск тоже могут сбросить какую-нибудь атомную гадость. Поняла? А на деревню – нет. И чем дальше отсюда, тем лучше. Вещи оставляй. Только самое необходимое. Тряпки – хлам. Главное, не задерживайся и не медли. Сына с улицы и сразу рви из города как можно быстрее. Поняла? Я вас потом найду. Обязательно. В Малышево. Зимнее захвати.

Он еще успел поцеловать жену и скрылся за дверью. А сына так и не увидел.

Не успел…