Читаем Путь воина полностью

– У тебя были неприятности? – И, получив от меня утвердительный ответ, он понимающе покачал головой. – Я так и думал. Днем в лесу происходило некоторое движение, поэтому я перенес лагерь подальше в чащу. И еще я нашел следы, – добавил он, – далеко отсюда, там, где уже никто не утруждал себя поисками.

– Индейцы?

– Белые люди в мокасинах. Такие же, как мы с тобой.

Мы уходили в темноту. Когда несколько минут спустя мы замедлили шаг, чтобы прислушаться, он спросил:

– Там снова был Питтинджел?

– Другие.

– Когда я сидел в колодках, рядом со мной посадили какого-то моряка. Он был мертвецки пьян и постоянно буянил, но к ночи несколько протрезвел, и мы с ним разговорились.

Помню, как он рассказывал об этом Питтинджеле. У него есть пара кораблей, он возит лес в Англию, зерно в Вест-Индию, а сюда привозит сахар, ром и кофе, но это еще не все.

Настоящий разговор у нас начался только после того, как все заснули. Вообще-то колодки – это очень неудобная штука, ни повернуться, ни подвинуться. Так вот, этот Питтинджел, оказывается, большой прохвост. Моряк рассказывал, что некоторые из кораблей Питтинджела не подходят к берегу до тех пор, пока матросы не отдраят и не проветрят все трюмы и палубы, но только моего приятеля провести было не так-то просто. Он сказал, что невольничий корабль он чует за версту.

– Невольничий корабль?

– Что привозит черномазых. Из Африки. Их покупают у арабов. Большинство работорговцев – арабы, но и португальцам это занятие не чуждо. Питтинджел продает рабов в Вест-Индии. Местные обыватели не приветствуют торговлю людьми, поэтому Питтинджел ревностно следит за тем, чтобы никто ничего не узнал. Но он торгует рабами, это уж как пить дать.

Мы сидели молча, и каждый думал о чем-то своем.

– Маклину ее будет очень не хватать, – вдруг нарушил молчание Янс. – Судя по тому, что я слышал от Темперанс и что видел собственными глазами, Диана почти все время проводила с отцом. Она читала те же книги, которые читал он, и потом они много спорили о прочитанном.

Анна Пенни завернула мне с собой немного еды, и теперь Янс принялся за нее, то и дело отвлекаясь, чтобы подлить себе сидра. Мы еще немного поговорили, а затем отправились дальше, к новому лагерю, где и заночевали. Янс быстро уснул.

Я же еще долго лежал без сна, глядя в ночное небо, на звезды, проглядывающие сквозь кроны деревьев, слушая, как лошади щиплют траву. В лесу было очень тихо, а город, если его можно было так назвать, находился далеко, так что с той стороны не долетало ни звука. С наступлением темноты улочки поселения погружались в тишину; всякий, кто осмелился бы оказаться на улице ночью, навлек бы на себя страшные подозрения соседей.

Не более десяти минут ушло у нас на то, чтобы дойти до ложбинки, откуда исчезли девочки. Было очевидно, что здесь уже успело перебывать много народу, вся трава оказалась вытоптанной. Ничего иного мы и не ожидали увидеть.

Здесь было уютно: лужок в окружении леса, на самой опушке – пруд величиной с акр или чуть побольше. Вокруг пруда у самой воды росли камыши, а в траве желтели венчики первоцвета. На водяной глади пруда покачивались темно-зеленые листья лилий. На противоположном берегу под деревьями росли фиалки. Должно быть, прежде это было идиллическое местечко.

Я сразу же решил не принимать во внимание восточную сторону ложбины, так как там находились плотные заросли ежевики. Нормальный человек никогда не полезет сквозь колючки, если рядом есть другие пути.

Мы стояли, оглядываясь по сторонам, пытаясь составить как можно более полное представление о том, что здесь случилось. Со стороны тропы, что вела из поселения, донеслись голоса людей. Янс мгновенно исчез за деревьями.

Первым, кого я увидел, был Макс Бауэр.

– …многие мили отсюда, – говорил он. – Прочесать этот лес можно было бы только силами армии. Жаль, конечно, они были так молоды. И все же мы можем попытаться найти подход к пекотам. Я уверен, что Джозеф Питтинджел…

Где-то в глубине лесной чащи заухал филин. Я не сводил взгляда с Бауэра и видел, как он остановился, украдкой оглянувшись на этот звук. Никакой это был не филин, и, по-моему, он об этом догадался, хотя различие было очень незначительным.

Янс давал мне знать, что он что-то нашел.

Пенни отошел от Бауэра и через всю лужайку направился ко мне.

– Так вы разыщете их?

– Обязательно. Отправляйтесь домой и предоставьте нам заниматься этим делом. Помните, что Янс женат на вашей Темперанс, так что, хотя мы с вами и не одной крови, но в детях будет течь кровь обоих семейств. И можете не сомневаться, Пенни, что для нас родство означает очень многое.

– Сэкетт, мы – Анна и я – очень тебе благодарны. Мы… – У него перехватило дыхание, и я поспешно отвел глаза.

Я положил руку ему на плечо.

– Иди домой, возвращайся к своей Анне и во всем положись на нас. Если она жива, мы ее найдем.

Он вернулся обратно к своим. Маклин помедлил, будто хотел что-то сказать, затем развернулся и зашагал вслед за Пенни. Бауэр задержался несколько дольше.