Читаем Путь в Колу полностью

Мороз не унимался, крепчал. Одетые сплошь льдом стены крепости, словно дразня королевское воинство, сверкали голубеющим пламенем.

Утром ротмистры обнаружили больше десятка замерзших за ночь латников и наемников. Их выносили из шалашей наружу и клали на снег. Схваченные морозом, они лежали, уставив открытые, остекленевшие глаза на полыхавшее над снегами низкое солнце.

Наместник Норланда, подняв воротник волчьей шубы и спрятав лицо от ветра, медленно прошагал мимо мертвых воинов. "Этак и все перемерзнут! все туже охватывала его подступившая тревога. - Капитан Лаппмарк виновен во всем. Стоило ему появиться в бухте Колы, и мы не замерзали бы за стенами острога, а расположились бы в боярских теремах!"

Надежда на приход "Короны" пропала. С кораблем несомненно случилось несчастье в пути. Нужно было решиться на что-то: либо начать новый приступ и биться до полной виктории, либо возвращаться в Рованиеми.

Бальтазар Бек видел на стенах Кольской крепости готовые к стрельбе пушки, горящие фитили и пушкарей в овчинных тулупах. Стоит лишь двинуться к острогу - полыхнут они пламенем и ударят чугунными ядрами. И разом загрохочут ручницы, пищали и самопалы. А подложить ночью петарду под стену вряд ли теперь удастся. Надо уходить!

Наместник позвал в шатер ротмистра Клементсона и вахмистра Торфинена.

- Что станем делать? - начал военный совет Бальтазар Бек.

Клаас Торфинен горделиво выпятил плоскую грудь, оттопырил нижнюю губу и, довольный оказанным ему доверием, проговорил:

- Московиты второго такого приступа не выдержат.

Пер Клементсон хотел ему возразить, но лишь стиснул зубы и застонал от боли. Разрубленное стрелецкой саблей плечо ныло не переставая, и левую руку он носил на перевязи, замотав ее у кисти шарфом.

- Что скажешь, ротмистр? - повернулся к нему наместник Норланда.

Клементсон осторожно повел головой, повернулся лицом к Бальтазару Беку. Лошадиная физиономия наместника вызывала в душе ротмистра неприязнь.

- Надо убираться отсюда, пока не околели на морозе! - с трудом разжал стиснутые зубы Пер Клементсон. - Еще несколько дней простоим возле стен московитской крепости - и пурга заметет наши трупы!

Ротмистр уже не мечтал о том, что вернется в Рованиеми с богатой военной добычей. Он старался не думать о дочери казначея из магистрата, полагая, что вряд ли она достанется ему в жены. "Лучше вернуться обратно живым, чем остаться лежать, как Готлиб Кюне, у стен Колы, - утешал себя мыслью о возвращении на родину Пер Клементсон. - В жизни много разных удовольствий, а наступит время - и жену себе красивую добуду".

- Без пушек нам не взять острог, - задумчиво произнес Бальтазар Бек. - Только приход "Короны" мог бы изменить все в нашу пользу. Провалил викторию капитан Якоб Лаппмарк. Его величество король заключил с ним контракт на захват крепости Кола, зафрахтовав "Корону". И не кого-либо другого, а капитана Якоба Лаппмарка его величество король назначил наместником на Мурмане.

- Вот оно что! - удивленно поднял брови Пер Клементсон.

- Будем назад возвращаться! - сухо произнес Бальтазар Бек, словно не расслышав слов ротмистра. - Распорядись, чтобы запрягали оленей.

Ярко вспыхнули напоследок костры. Воины валили шалаши и бросали ветки в огонь, чтобы обогреться, прежде чем отправиться в путь. "Лишь бы живому вернуться домой! - думал каждый. - Уж лучше не иметь ни талера в кармане, чем остаться здесь на съедение лисицам".

Длинной вереницей обоз двинулся прочь от Колы. А вслед раздался ликующий звон множества колоколов в острожных церквах. Звонари на колокольнях старались вовсю.

Укутавшись в шубу, наместник Норланда ехал в передних нартах, запряженных парой самых быстрых и крепких оленей. Косматый, заиндевелый, огромный, он сидел, откинувшись в меховой полости, и время от времени покрикивал на возницу-латника, чтобы тот погонял быстрее.

Остаток дня и всю ночь санный обоз быстро продвигался на запад, изредка делая короткие остановки.

Утром Бальтазар Бек первым заметил черные движущиеся комочки на фоне белого снега. Было далеко до них, но наместник уже догадался, что это люди. "Что за чертовщина? Кто такие? И как они оказались посреди тундры без оленей, без нарт?" - подумал он.

Людская цепочка медленно двигалась навстречу обозу. Расстояние до нее сокращалось. Случалось, кто-нибудь падал в цепочке, и никто не останавливался, чтобы поднять упавшего... И они уже совсем недалеко... Машут руками... Торопятся.

Каково было изумление наместника, когда, подъехав ближе, узнал в замерзших, измученных тяжелым переходом людях с почернелыми от стужи лицами моряков с "Короны"! Шатаясь от усталости, утопая в снегу, первым приблизился к саням наместника Якоб Лаппмарк. Блуждающим взглядом капитан уставился на Бальтазара Бека.

- Э-это ты, Лаппмарк?! - поднялся во весь рост наместник Норланда. Как вы здесь очутились? Где "Корона"?

- Сидит... на камнях... возле берега, - с трудом разжал стиснутые зубы Якоб Лаппмарк. - В бурю выбросило... - пояснил он.