Найти удалось не все. Полчаса на двух языках (а под конец уже переходя и на русский) пытался объяснить книготорговцу, что такое азбука. Не понял. Точнее, суть он уловил, но таких книг в жизни не видел. Впрочем, всяких письменных принадлежностей я у него тоже набрал немало – мне еще ребенка грамоте учить.

В замок вернулись уже ближе к ужину, уставшие, но довольные. Разложив все покупки и переодевшись в домашнее, захожу в комнату дочери (странно звучит, право слово). Та в лучшем из купленных платьев сидит на кровати, сжимая в одной руке зеркальце, а в другой старую тряпичную куклу, и ревет. И что случилось? А, маму вспомнила. Прижимаю ребенка к себе, глажу по волосам и несу какую-то успокаивающую чушь. Надеюсь, детали она не запомнит, так как о местных представлениях загробной жизни я не знаю почти ничего. В общем, успокоил. За ужином немного последил за тем, как она ест. Ничего так. Вилкой и ножом пользуется еще не слишком уверенно, но старается. Умная девочка.

Глава 6

Жизнь потихоньку входит в колею. Утром – зарядка и небольшая тренировка, после завтрака – занятия с Ниаминаи (чтение, письмо, счет, история, география), после обеда, пока Ниа носится по двору со сверстниками, я пропадаю в библиотеке или лаборатории. Мне выделили отдельное помещение в подвале, так как в свою лабораторию мэтр Даугар отказался меня пускать категорически. Его неведомое оборудование очень капризно реагировало на магию, и поэтому комната была экранирована от всего, что только можно. Вечером – снова тренировка и занятия с Ниа. Я как-то попробовал присоединиться к тренировкам дружины, убедился, что по физическим возможностям я большинству из них не уступаю, и продолжил тренироваться так, как привык с Льюисом.

Ниаминаи занималась не то чтобы очень охотно, но прилежно. Считать научилась быстро, а вот с чтением поначалу все было плохо. Две ночи убил на рисование азбуки. Знаете, «буква, слово и картинка», думаю, у всех в детстве такая была. Повесил в комнате Ниа над кроватью. Дело пошло веселее. Со сверстниками у нее отношения вроде сложились, только мне не очень нравилась ее дружба с Самантой. Сомневаюсь я, что та научит чему-то хорошему. Однажды чуть не поседел. Выхожу во двор искать ребенка, а она дергает за хвост огромную кошку с вот такими зубами. И та огрызается! Как я не всадил в животное пару клинков, до сих пор не знаю, но перепугался здорово. Накричал на Ниа и отправил учить уроки, пообещав оставить без ужина. Так кошка на меня еще рычать пыталась! Вечером все присутствующие на ужине имели счастье наблюдать замечательную сцену «маг и оборотень спорят». Начала разговор баронесса:

– Мэтр Даркин, а почему не видно вашу дочь? Что произошло?

– Ничего, – пожимаю плечами. – Она наказана.

– Наказана ни за что! – Саманта не выдерживает.

– За жестокое обращение с животными. – Съела? – И вообще – моя дочь, за что хочу, за то и наказываю. И кстати, я запретил ей с вами общаться.

– А если я наплюю на ваши запреты? – лезет в бутылку девушка.

– Да на здоровье, – пожимаю плечами. – Даже если инициатором встреч будете вы, наказывать-то я все равно буду ее.

– Только попробуй ее обидеть! – Саманта вскакивает. Зрачки от бешенства становятся вертикальными, а на пальцах появляются когти.

– И что?! – Я тоже вскакиваю. Будут мне еще всякие указывать, как с собственной дочерью обращаться! Она моя! – Хочешь помериться коготками?

Теперь на моих руках тоже когти, только черные.

– Хватит! – вмешивается фрайхер. От удара дребезжит на столе посуда. – Успокойтесь оба!

Успокаиваемся и до конца ужина демонстративно друг друга не замечаем.

– Мэтр, к вам можно? – В комнату заглянула Тарина.

– Конечно, леди, проходите. Присаживайтесь. – Приглашающий жест в сторону кресла. – Или, может быть, перейдем в гостиную?

– Лучше здесь. Даркин, я прошу вас разрешить Ниа и Саманте общаться.

– Зачем? – Тему разговора предположить было не сложно, но это не значит, что она мне нравится.

– Девочке нужна если не мать, то хотя бы старшая подруга, с которой можно поболтать, посекретничать. Я не ставлю под сомнение ваше мастерство как учителя, но быть женщиной – тонкое искусство. – Тарина лукаво улыбнулась. – И научить ему может только другая женщина.

– Саманта? – Лицо непроизвольно складывается в презрительную гримасу. – Вряд ли эта развратная кошка научит ее чему-то хорошему.

– Простите, кто? Я не поняла слова.

Я опять перескочил на русский. Пытаюсь вспомнить местное слово для кошки. Нет такого! Хм, а они тут вообще есть?

– Мелкое домашнее животное, чем-то похожее на виесхатту в зверином облике.

– У вас на родине есть и такие? Ни разу не слышала.

– А в местных краях кого используют в качестве домашних любимцев?

– Соколов, иногда ручных хорьков или смешных уродцев. У одной моей подруги живет хальфад.

– Хальфад? – Этого названия я еще не слышал.

– Ящерка такая, очень умная и красивая. Не уходите от темы! – спохватывается баронесса.

– Если вернуться к теме, то, возможно, вы и правы. Но Саманта слишком распущенна и легкомысленна. Ниа уже опаздывает на занятия, а Саманта это поощряет.