Читаем Путь Шаманки полностью

Работая на праздниках, мы общались с клиентами разного социального уровня: с руководителями предприятий, с артистами разных жанров, с представителями администраций, участвовали в предвыборных кампаниях, организовывали концерты, с именитымистоличными артистами, когда на них приходил заказ. В этом социальном бульоне варилось разное, перемешанное и на первый взгляд слишком запутанное. Вряд ли тогда я задумывалась над тем, что даже в этом месиве всё происходит по вполне определеннымзаконам Вселенной. Варясь в этом бульоне, сама незаметно для себя трансформировалапонятия наполненного и пустого, реальности и иллюзии, профессионализма и ремесленничества.

Наша деятельность с Машей расширяла границы с уровня корпоративных и частных заказов до праздников города. Было очень интересно организовывать нечто масштабное, наблюдать, как люди веселятся. Но со временем начала наблюдать за собой, что разучилась сама просто находиться на праздниках в качестве гостьи. Уже опытному глазу были видны недочеты в оформлении, в сценарии, выступлениях артистов и ведущих. К этому времени накопилось много сюжетов, когда весь праздник зависел и от случайностей, и от нестандартного поведения творческих исполнителей: то перед самым выступлением выяснялось, что умер питон, и в связи с этим главный номер программы под срывом, то узнаешь во время об звона клиентов после праздника, что Дед Мороз и Снегурочка поменялись костюмами (описание состояния артистов после 25 поздравления я опущу), то вдруг артист отказывался работать , потому что 15 минут назад он решил, что он звезда: хочу выступаю, хочу – нет.

Память – интересная штука: в основном запоминает острые сюжеты, но справедливости ради надо сказать, что нам везло, и было много прекрасных, запоминающихся моментов. Общение с творческими людьми обогащало нас, приоткрывая двери в неведомые до этого разные миры иллюзионистов, сценаристов, дрессировщиков, ведущих, фотографов и видеоператоров, певцов, актеров театра. За каждой дверью нас ждали не только особенности и секреты этого явления, но и открытие того, что одно и то же можно делать по –разному. Например, одни дрессировщики кололи водку питонам, чтобы те не душили их во время выступления, и питоны дохли , другие, ребята из Москвы, находили выход и ставили в номер мужчину страховщика во время танца живота с питоном, чтобы тот смог помочь разжать кольца питона. И это была огромная пропасть между ремеслом и творческим профессионализмом. Кстати, и цены, и площадки у них тоже были разные: одни довольствовались набережными курортных городов, другие работали на лучших сценах мира.

Реальность притягивала ситуации, соответствующие потенциалу человека – это был один из законов Вселенной, проявившийся для меня через эти истории. И это еще много раз подтверждалось в моей жизни.

Через два года мы познакомились с людьми, которые привозили театральные постановки в город, и моя база потенциальных покупателей билетов в партерные места была как никогда кстати. Исторически для меня этот опыт был о том, как одна база клиентов может перетекать из одного вида деятельности в смежную.

Мне нравилось быть в этой команде и быть свидетельницей истории спектакля до его проявления на сцене и после. Конечно же, многих иллюзий лишилась, артисты театра тоже оказались просто людьми.

Были такие, ремесленный потенциал которых стремился искусственно фиксировать на себе внимание окружающих. Одна актриса ( имена по моральным соображениям я не называю), зайдя во Дворец культуры, держа свой саквояж на уровне груди, широко, как-то неестественно, наигранно выпучив глаза, спросила:

– А я могу здесь свою сумочку поставить…?

– Поставьте здесь, – указав на стул в гримёрке, не до конца понимая, в чем проблема, ответила я.

– Вы меня не поминаете, здесь тараканы есть?

Во всём образе сквозил снобизм и пренебрежение к месту, к городу, к людям из провинции.

– Тараканов здесь нет, – жестко ответила я звезданутой актрисе.

И совсем другой отпечаток от встречи с Великой актрисой.

У нас было заведено устраивать после спектакля фото сессию с актерами. Восхищенная тем, как двое актеров держали зал, их игрой, переполняемая благодарностью, я постучалась в гримерку Великой актрисы. Наверное, я ожидала увидеть ту самую красивую, сильную, притягивающую к себе всеобщее внимание . Дверь открыли, я вошла и остолбенела: передо мной сидела пожилая женщина с явными послеоперационными дефектами лица, успевшая снять грим и образ своего величия.

– Можно с Вами сфотографироваться ? – смущенно промямлила я, пораженная разницей между тем, что ожидала увидеть, и тем, что увидела.

– Я уже давно… ни с кем не фотографируюсь, – спокойно, с достоинством ответила актриса. То, как она это сказала, осталось во мне на всю жизнь. В коротком ответе было столько уважения к себе любой, столько наполненности и благородства, что этот ответ впору было сравнить с волшебной каплей, оживляющей душу.