– Следил, что ли? – усаживаясь в машину, спросил он офицера.

– Охранял, – буркнул тот. – Вы ж не турист заштатный, а целый князь. Да и спутница ваша – не простая горожанка.

– Не одобряешь? – Сергей усмехнулся.

– Лично к княжне претензий у меня нет. – Горохов осуждающе качнул головой. – Но ведь фамилия-то у нее не «Иванова» или там «Бурундук-Птичкина».

– Это да. – Преображенский погрустнел.

– И вообще, я бы еще разобрался, чего это она вдруг на вас так неровно задышала.

– Это что еще за намеки?!

– Это так, мысли вслух, – дал задний ход Горох. – Только, доложу вам, и за Ниной следили. Причем не обычные агенты, а какие-то подозрительные типы.

– Ну, это ты загнул. – Сергей поморщился. – Естественно, княжну тоже охраняют. Но не «типы», а сотрудники европейской СБ.

– Вот и я говорю – подозрительные типы эти сотрудники. – Упрямства Гороху было не занимать.

– Закрыли тему, – приказал князь. – И больше не следи за мной!

– А больше и не потребуется. – Горох саркастически скривился и взглянул в зеркало. – Вы что же, думаете, топтуны не донесут Бородачу, с кем проводит время его сестрица? Ей теперь грозит домашний арест – как минимум, а может, даже отправка на родину… А вам, если продолжите ухаживать, грозит дуэль. Это тоже – как минимум.

– Накаркаешь. – Преображенский нахмурился. Канонир был прав на все сто, и это Сергея очень и очень расстраивало. Круг вот-вот готов был замкнуться, и выхода из ситуации князь пока не видел. До мира между Европой и Каллисто далеко, а значит, так же далеко и до Нины.

И это было невыносимо…

ГЛАВА 5

Апрель 2323 г. Рубеж – ОВК

Форпост Рубежа пока не обзавелся собственным названием. Он даже не был окончательно сформирован. Четыре космические платформы, подтянутые тягачами к сверкающему «бублику», только начали обрастать орудийными башнями и пусковыми установками, а вспомогательные модули были заполнены провиантом, техническим хламом и боеприпасами лишь на треть. Караваны тыловой службы шли непрерывным потоком, но осуществление замысла – построить вокруг Рубежа качественную блокирующую систему – все еще оставалось далекой перспективой.

Крейсер «Старинов» числился лидером разведывательной группы флота «беркутов» и обычно выполнял иные задачи, но сейчас было не до формальностей. Вся разведка ОВК трудилась на одном мизерном участке пространства – вокруг Рубежа. Капитан крейсера контр-адмирал Попов, наверное, самый пожилой и уважаемый в бригаде «Беркут» старший офицер, лично наблюдал за проводкой к окну в чужое пространство корабля Академии наук «Алферов». Вообще-то гражданские космолеты полагалось именовать судами, но «Алферов» практически ничем не отличался от боевого фрегата. Разве что, кроме портов лучевых орудий и башен пусковых установок, его корпус украшали еще и сотни всевозможных наружных датчиков, антенн и сенсоров. Командовал фрегатом тоже не гражданский шкипер, а марсианский командор Трентон. Попов знал Майкла Трентона по кампании тридцатилетней давности, когда флоты ОВК и еще не вступившего в Объединение Марсианского Триумвирата ходили в совместный рейд на Эйзен – укрепленное поселение последних приверженцев Земной Федерации. Последнее прибежище федералов просуществовало после Пятой мировой, с момента развала Федерации, целых тридцать лет и могло бы спокойно жить дальше, если бы к власти там не пришла партия неофашистов. Едва они встали у руля, как политический корабль Эйзена дал серьезный крен, и к внутренним планетам Солнечной устремились диверсионные группы. Великому Князю – уже тогда это был Гордеев – пришлось срочно договариваться с принцами Марса о военном союзе и походе в ледяной пояс. Битва при Хароне впоследствии вошла во все учебники истории как ключевой момент в окончательном объединении человеческих миров.

И вот старые боевые товарищи встретились вновь. Трентону предстояло совершить достаточно сложный и опасный маневр. Он должен был прыгнуть внутрь тора так, чтобы оказаться точно над серединой его округлого тела. Ученые предполагали, что таким образом можно будет зафиксировать момент межпространственного перехода.

Проходить сквозь кольцо было опасно в принципе. Этого не могли не понимать даже такие сорвиголовы, как Преображенский и Бородач, но по молодости многое им было простительно. Ветераны же осознавали опасность в полной мере, и действовать им следовало наверняка. С их-то опытом… Но, с другой стороны, отказываться от рисковых операций было не в их правилах.

– Магнитозахват активирован, – доложил инженер «Старинова».

– Держу тебя, Майки, – сообщил Попов. – Можешь прыгать. Удачи.

– Сразу отходи, Володья, – попросил командор. – Дьявол понимает, как отреагирует эта баранка.

– До сих пор никак не реагировала.

– До сих пор внутри нее никто не тормозил, – заметил Трентон. – Поехал!

– Щит! – приказал Попов своему канониру.