– Хан? – мрачно спросил Мортарион скорее ради полной полноты картины, чем чего-нибудь еще. Он уже знал, что Джагатай исчез, ускользнув от смыкавшихся на его шее когтей.

– Сбежал, милорд, – ответил Эйдолон. – Сомнений никаких, это ваша победа. Он бежит от вас, и варп не будет любезен.

– Победа? – заревел Мортарион, резко повернувшись к лорду-командору, плюясь желчью из древней дыхательной маски. – Победа? Та, что остается в анналах? Проклятье, мутант, если это победа, тогда ты должен наслаждаться болью даже сильнее, чем предполагает твоя репутация.

В пустоте линкоры III и XIV Легионов замедляли ход. Огромные орудия заливались дымящимися цистернами охладителя, а перегревшиеся плазменные двигатели глушили, чтобы предотвратить их выход из строя. На границах гасли последние вспышки пустотной битвы – не успевшие уйти в варп-разлом корабли V Легиона преследовались ради информаторов, хотя большой необходимости в них уже не было.

Мортарион вернулся к трону, напряженно размышляя.

Очередная неудача, очередная метка на его репутации. Ему придется вернуться к Гору и братьям-примархам с неизменно тяжелым бременем позора.

Калгаро, как обычно, терпеливо ждал, не произнося ни слова, пока к нему не обратятся. Его подчиненные оставались на своих постах, как обычно суровые и безмолвные. Все ждали приказа. Когда Мортарион посмотрел на их выжидающие лица, то почувствовал, как внутри поднимается ненависть. Он убивал, но этого было недостаточно. Он охотился, выжимая все соки из своих сыновей и уводя от мест славы, и этого было недостаточно.

Глубоко внизу, вдали от всех бился в оковах сломленный монстр Грульгор. В покоях примарха хранились непрочитанные и медленно гниющие книги заклинаний. Псайкеры, которые обитали на каждом корабле его флоте, на данный момент сдерживали себя, но слова силы были готовы сорваться с их уст.

Мортарион вспомнил сказанные ранее слова Эйдолона. «Вы не можете вечно отвергать богов, милорд. Вы можете выстроить стены и принять законы, но я слышал донесения с Молеха – вам не вернуть назад то, что было выпущено на волю».

– Заканчивайте со всеми оставшимися делами, – наконец прорычал Мортарион, опустив свое худое тело на трон. – Да побыстрее. Затем мы отправимся в варп.

Он взглянул на лорда-командора Эйдолона.

– Ты неплохо справился с поисками моего брата, – сказал Мортарион. – Эти методы еще действуют?

На лице Эйдолона отобразилось сомнение.

– Боюсь, сейчас нам Хана не достать, господин.

– Тогда другого. Если я дам тебе имя, твои умения смогут помочь?

– Это будет зависеть от имени.

– Тот, кого я поставлю на колени, прежде чем мы доберемся до Тронного мира.

Эйдолон повеселел.

– Вам следует выражаться поточнее.

Тогда Мортарион вспомнил о Грульгоре, источающем зловонное дыхание в прогнившем трюме. На Молехе он был оружием, которое уничтожало целые города.

Он был мерзостью. Нужен вариант получше.

– Я буду подле магистра войны, – сказал Мортарион. – Мы займем свое место в авангарде и дадим Легиону почести, которые он заслуживает. Но не без всей его мощи. Не без тех, кто был в нем с самого начала.

Мортарион взглянул на Эйдолона, на его великолепие и невоздержность, на его слабость и силу, и почувствовал отвращение от всего этого.

– Так что доставь меня к моему Первому капитану, – сказал он. – Приведи мне Каласа Тифона.

Эпилог

Первые сигналы пришли от авгуров дальнего действия эскортника «Валья», охотящегося у отмели Талион. Их передали боевой группе примарха, которая находилась в двух варп-переходах на границе субсектора Проксима Соль-Терций, менее чем в двух неделях от Терры. Поначалу источник сочли сомнительным и поэтому были направлены запросы на подтверждение.

Когда «Храфнкель» сам обнаружил массовые варп-следы, это решило дело. Флагман был приведен в полную боевую готовность, как и семнадцать его эскортных кораблей, связное судно Администратума и различные вспомогательные транспорты.

Волки исцелили полученные в Алаксесе раны и у них чесались руки дать бой магистру войны на собственной территории. Они патрулировали на самой передовой дозора лорда Дорна, и для них показания сенсоров были тем, что ожидалось многие месяцы: первыми признаками врага, наконец, направившегося к Тронному миру. «Храфнкель» отправил запросы на Терру о немедленной помощи, но не стал ждать ответа, прежде чем прорвать пелену.

Только когда флотилия VI Легиона достигла передовых координат и переключилась на поиск сенсорами более высокого разрешения, принадлежность входящего флота прояснилась. Трэллы запускали проверку за проверкой, не веря в то, что видели, прежде чем известия, наконец, сочли достаточно надежными, чтобы передать примарху. Данные передали на станции мостика, где магистр сенсориума после очередной проверки, наконец, утвердил их и настороженно направил к командному трону.

Леман Русс взял инфопланшет и долго изучал на него. В конце концов, он оторвал ледяной синевы глаза от рун.

– Это не может быть правдой, – сказал он.

– Мы много раз перепроверили, повелитель.

– Но почему сейчас? Почем он оказался здесь сейчас?

Магистр сенсориума покачал головой.