Читаем Путь наемника полностью

И что — только меч? — В вопросе Коулы заключалось гораздо больше смысла, чем просто в этих словах. Пакс прекрасно понимала, что ее собеседница имеет в виду отнюдь не только кольчугу, шлем и щит, на изготовлении которых герцог настоял перед тем, как отпустить Пакс, так как, по его словам, негоже паладину Геда отправляться в дальние странствия не полностью экипированным. Дело заключалось совсем не в этом. Основное предложение герцога совершенно недвусмысленно прочитывалось за его заботами о снаряжении Пакс так же, как и в вопросе Коулы. Пакс посмотрела вперед, на дорогу, а затем снова обернулась к Коуле.

— Понимаешь, Коула, я не могу отвечать на любой зов. А кроме того, так будет лучше для него самого. — Говоря это Пакс искренне надеялась и молила богов о том, чтобы ее слова оказались правдой. — Даже если бы я была свободна… Если бы я вышла за него замуж… Понимаешь, я ведь не она, не Тамаррион. И дело не только в возрасте.

Коула вздохнула.

— Нет конечно. И ты абсолютно права, Пакс. Ты уж извини, что я спросила. Просто, сама понимаешь, ты так на нее похожа, и из-за вашего сходства я никак не могу выбросить из головы эту мысль. Может быть, действительно хорошо, что ты уезжаешь. Хотя бы одним вопросом станет меньше.

Гнедой конь стоял неподвижно, но Пакс чувствовала, как внутренне он стремится вперед. Обернувшись в последний раз и оглядев знакомый городок, мост и яблоневый сад Коулы, она сказала:

— Мне нужно ехать. Я не имею права терять время…

— Все, Пакс. Я все поняла. Примешь ли ты на прощание благословение от киакдана?

— От друга — с радостью.

— Тогда пусть тень Великого Дерева осеняет твою тропу, пусть его плоды помогут тебе утолить голод, и да пребудет с тобой мудрость всего живого.

В ответ Пакс произнесла:

— Пусть пребудет с тобой милость Великого Господина и покровительство его верного слуги, святого Геда. Пусть Госпожа Мира ниспошлет на твой сад хороший урожай.

Коула и Пакс пожали друг другу на прощанье руки, и гнедой конь тронулся вперед, вдаль по уходившей к горизонту дороге, Пакс так ни разу и не оглянулась, пока не скрылась за поворотом.

Пакс всегда мечтала стать паладином, но, как оказалось, она ни разу серьезно не задумывалась над тем, что представляют собой странствия в этом качестве. У нее были какие-то смутные представления по поводу того, что паладины изначально знают, куда им следует идти или ехать и что делать там, куда приведет их внутренний зов. Еще она почему-то считала, что на ночлег они останавливаются на фермах Геда или при храмах. Когда дело дошло до настоящего путешествия, выяснилось, что очень многое оставалось для нее загадкой. Спросить кого-либо из собратьев по ордену у нее не было возможности, потому что ее путь зачастую лежал совсем не там, где можно было встретить паладина или рыцаря. Судя по давним кратким встречам с другими паладинами, они знали, что им нужно ехать на запад или, скажем, на север, но куда именно и насколько четко они себе это представляли — Пакс могла только теряться в догадках. Ее гнедой конь выбирал дорогу сам, и далеко не всегда этот путь пролегал от одной фермы Геда до другой или вдоль знакомых дорог.

Перейдя восточную границу владений герцога, они свернули с караванной дороги, уводившей к Верелле, и отправились напрямую через поля и рощи. Пакс уже смогла убедиться в том, что ее конь скачет быстрее и нуждается в отдыхе меньше, чем обычные лошади. Она предоставила ему самому выбирать время, подходящее для отдыха, и следовало признать, что отдыхать им пришлось совсем немного. Через три дня довольно напряженной скачки они добрались до реки Хоннергейт, намного ниже Вереллы по течению. Конь остановился, чтобы перевести дыхание, а Пакс, замерзшая и продрогшая, опасливо поглядывала на пересекавшую им путь реку.

— Ну, и что дальше? — спросила она своего скакуна. — Надеюсь, ты не собираешься переплыть ее прямо здесь? Кстати, позволь заметить, что все мосты находятся намного выше по течению. По крайней мере, мне не известно, чтобы здесь была какая-то постоянная переправа.

Уши коня вздрагивали в такт ее словам, словно животное внимательно слушало всадницу, пытаясь разобрать человеческую речь. Пакс потянулась и оглядела пространство вокруг себя. Прямо перед нею раскинулся неширокий заливной луг, сухую траву которого в это время года покрывал лишь слой инея. Вдоль самой реки то тут, то там росли деревья и кусты. Ниже по течению поднимались в небо отдельные столбы дыма и виднелись коньки крыш нескольких домов. Пакс вспомнила деревушку в Ааренисе, где ее и двух ее сослуживцев встретили воры и бандиты, и поморщилась. На невысоком холме еще дальше вниз по течению виднелось довольно большое здание: по всей видимости, храм какого-нибудь культа или просто убежище для окрестных пастухов и путников. Выше по течению располагалась еще одна деревушка, окруженная плотным и высоким частоколом. Заметив, как вздрогнули уши коня, Пакс тоже прислушалась, и до нее донесся звон колокольчиков пасшегося где-то неподалеку стада.