— Даже так. — подтвердил он без тени сомнения. — Но я не хочу уничтожать Альйон и не представляю как вообще это возможно. Поэтому я верну Элен и сберегу мир. Я обещаю!

Шауси печально покачала головой и зазвенела звуком утраты. Остальные феи начали медленно разлетаться, скрываясь среди светящихся деревьев. Вскоре на поляне остались лишь трое: сам Ник, Шауси и та, что перенесла его в эту заводь. Последняя склонила голову и выглядела безутешной.

— Не стоит давать обещаний, которых не сможешь исполнить, дитя пророчеств. — голос королевы фей звучал последними каплями влаги, вытекающими из разбитого кувшина. — Ты не властен над судьбой. Я бы насильно оставила тебя здесь, но ты спас одну из нас, и древние клятвы не позволят мне этого. Более того — в миг когда ты будешь больше всего нуждаться, она придет к тебе на помощь. Даже если это станет концом всего. — необычное создание тяжело вздохнуло. — Прощай, дитя пророчеств. И, прости, но я не буду желать тебе удачи.

Шауси развернулась и медленно поплелась к корням огромного дерева. Ее крылья казались еще более поникшими, чем раньше. Словно засохшая придорожная трава в сезон засухи.

Не издав ни звука, маленькая фея полетела обратно в лес. Никаниэль шел за ней, ощущая странное чувство утраты. Казалось бы того не должно существовать в заводи, лишенной всяких отрицательных эмоций. Неужели это его собственное влияние? Но у него же нет таких сил. Он обычный эльфийский принц, даже не окончивший обучение. Или нет?

Вернувшись к ручью, фея обернулась к Нику. По ее щекам текли малюсенькие светящиеся слезы. Она сокрушенно прозвенела что-то прощальное и, облетев вокруг принца, исчезла во вспышке золотого сияния. Вместе со всей заводью.

Никаниэль очутился в родном мире, возникнув возле принесенных из лагеря ведер. А с другой стороны ручья стоял… он сам?!

Моргнул, и видение пропало.

Что… что это произошло?

Он пришел сюда набрать воды, наполнил одно ведро, а дальше…

Принц мотнул головой, прогоняя наваждение. Что еще за шутки богов? Он взял второе ведро и погрузил его в специально вырытое для этого углубление. Его взгляд зацепился за цветы на другом берегу.

Анемона, медуница, хохлатка, бруннера… Такие красивые. Элельен любила рисовать цветы. У нее здорово получалось.

Никаниэль нахмурился. С чего вдруг такая ассоциация? Но, в любом случае, он вернет ее.

Чего бы это не стоило.

«Подожди еще немножко, любимая».

Глава 14

— Щиты! — в очередной раз громогласно крикнул сержант, заставляя рекрутов выстроиться в линию и, встав полубоком, соединить щиты внахлест. Таким образом уменьшался шанс, что вражеская стрела проникнет в строй и отведает свежей плоти.

— Шаг!

Все как один синхронно шагнули вперед.

— Хэйр, полюби тебя осел, пригнись ниже! Тебе только что насовали в рот столько стрел, что до конца жизни не выплюнешь!

Уже вторую неделю новобранцы под чутким руководством Коупа отрабатывали слаженные маневры со щитом, тратя на это куда больше времени, чем на все остальные виды деятельности. Казалось будто Раффан думает, что оборона куда важнее нападения и победить можно всего лишь надежно укрывшись куском дерева.

— Залп!

По этой команде первый ряд опустился на одно колено и стоявший сзади строй лучников отпустил тетивы, посылая в неприятеля десятки стрел.

По крайней мере так должно быть в теории.

Пока что же строй лучников изображал Ангс. Судя по всему, этому загорелому человеку среднего роста любившему рассказать байку-другую, не просто так удалось в первый день поразить самый центр мишени. Он определенно имел врожденный талант. Да такой, что даже Ник ему слегка завидовал. И хотя до навыков принца Ангсу было еще далеко, прогрессировал он с ужасающим темпом.

Черному Соколу определенно в этот раз повезло с набором.

— Эй! — крикнул из первого ряда Садо. — Да ты меня чуть не подстрелил, козлина! Прям над башкой просвистело! Даже волосы зашевелились!

— Ты бы голову чаще мыл, тогда там ничего шевелиться не будет! — отозвался с другого конца строя Хэйр.

— Че сказал, анус перепуганный? Стрелы прожуй сначала — не понятно ничего.

Утром эти двое не смогли поделить последнюю порцию добавки, и теперь от драки их сдерживало только присутствие в лагере сержанта.

— Щиты! — гаркнул Коуп, и муштра продолжилась.

Никаниэль уже привык чувствовать на левой руке тяжесть щита и даже признал определенную пользу этого приспособления как в строевой подготовке, так и в поединках против соперников с примерно равными силами. Вот только десятилетия предыдущих тренировок никуда не делись, и порой Нику не хватало возможности быстро выхватить один из своих потайных кинжалов.

В Эльфхейме щиты не использовались. Да и какой смысл, если твоим противником практически всегда будет орк? Даже если создать достаточно прочный заслон, который не сломается от удара зеленокожих громил, то что станет с тем кто его держит? Поэтому эльфы традиционно делали упор на ловкость и маневренность, не спеша полагаться на какую бы то ни было броню.