На мгновение Никаниэлю показалось, что вот-вот, как и в тот раз, из створок покажется баллиста и тут же сметет один из щитов, но вместо этого оттуда неожиданно вылетело пять круглых предметов.

Острое эльфийское зрение подсказало, что это ни что иное, как отрубленные головы.

И, изрыгнув их из своего чрева, городские ворота тут же с глухим лязгом захлопнулись.

Глава 56

«Катастрофа». — единственная мысль промелькнула в голове Никаниэля.

Замысел короля Баербалда провалился на первом же шаге. Предателей вычислили и убили, а план действий обратили против самих нападающих.

Заметив, что ворота вновь закрылись, наемники сбились с шага. При этом три группы, катившие колесные щиты, не имели возможности увидеть изменения ситуации и продолжали нестись вперед. И все это под не прекращающимся обстрелом защитников.

Начался настоящий хаос. Кто-то по-прежнему рвался к воротам, кто-то, прикрываясь щитом, пытался вернуться назад; крики офицеров и стоны раненных слились в сплошной неразборчивый гомон.

— Дерьмо кфхана! — звучно выругался стоявший неподалеку от Ника Мейсис. — Унтрих, Юла, сносите!

Специализирующиеся на разрушающей и стихийной магии волшебники принялись, не медля, читать заклинания. Перед Унтрихом начал постепенно формироваться булыжник, Юлланай же избрала свой излюбленный огненный шар.

Наблюдая за волшбой, Никаниэль в очередной раз отметил эту особенность людского колдовства. Если, к примеру, те же самые щиты, которыми он защищался от орков и демонов, для создания использовали окружающие ресурсы, то сейчас прямо перед его глазами камень и огонь появились буквально из ниоткуда.

Коричневая и красная точки постепенно росли и ширились, сперва достигнув размера сливы, затем кулака, а ближе к концу заклинания их едва ли смог бы вместить в себя пятилитровый бочонок.

Закончив практически одновременно, маги пустили в полет свои творения, и те, словно сорвавшиеся с цепи бешенные псы, понеслись к воротам, стремительно сокращая расстояние.

Первым достиг цели огненный шар. Ослепительно взорвавшись, он расплескался об створки, мгновенно опалив и покрыв копотью ближайшую кладку. Созданный же Унтрихом валун, опоздав буквально на мгновение, с оглушительным треском врезался в дерево и, оставив едва заметную вмятину, упал на землю.

Грохот примененной магии перекрыл возникшую на поле боя неразбериху и в воцарившейся тишине обе стороны изумленно взирали на результат столь редко применяемого в королевствах колдовства.

Секунда, другая и стоявшие на стенах лучники разразились радостными криками — ворота устояли. В рядах же нападающих прозвучали первые панические нотки.

— И все на что способны ваши хваленые маги? — язвительно бросил граф Нардертон. — Я ожидал большего.

Несмотря на сложившуюся ситуацию, он выглядел спокойным и неизменно надменным. В конце концов не его люди гибли под обстрелом из-за провалившегося плана.

— В чем дело? — спросил у подчиненных Мейсис, не обращая внимания на слова вельможи.

— Похоже у них там маг белых одежд. — угрюмо отозвался Унтрих. — И неслабый. Он укрепил ворота.

— Бред! — хмыкнул граф. — Этого не может быть!

Выжившие наемники к этому моменту уже вернулись на безопасное расстояние и занимались экстренной помощью раненным, которых удалось утащить с собой. Два из трех осадных щита замерили на полпути. Их команды все-таки заметили что-то неладное, но конструкция не позволяла устройству ехать в обратную сторону. Таким образом на поле боя образовалось два утыканных стрелами островка со сжавшимися под их защитой бойцами.

Третий же, управляемый безбашенными Псами Войны, добрался до самых ворот, и солдаты удачи, спрятавшись в слепой зоне, пытались теперь вручную расковырять створки.

— Никто, случаем, катапульту не захватил? — с усмешкой поинтересовался Триниад, нервно обмахиваясь треуголкой.

— Мы так и будем стоять? Сделайте уже что-нибудь, кфхан побери! — граф Нардертон похоже не до конца осознал сложившуюся ситуацию. — Вам заплачены немалые деньги. Так отрабатывайте, сукины дети!

— А может ты, мышь облезлая, сам пойдешь и прогрызешь нам путь своими белыми зубками? — ласковым голосом спросил Серп, изобразив на лице уродливую улыбку. — А чтоб губехи не мешали, могу их отрезать. Как тебе такое, Твое Сиятельство?

При этом он похлопал по двум висевшим на поясе видавшим виды, но от того не менее остро заточенным, сельскохозяйственным орудиям жатвы. Стало понятно откуда у него эта кличка. Необычный выбор оружия.

Задохнувшись от возмущения, граф мгновенно покраснел и, беззвучно разевая рот, как выброшенная на берег рыбина, жестами приказал своим людям разделаться с наглецом. Вот только те, судя по виду, пусть и имели при себе мечи, но скорее привыкли выигрывать поединки родословной и кошельком, а не собственными руками. Глядя на продолжающее скалиться изуродованное лицо наемника, они так и не решились обнажить оружие.

— Никанор, — не обращая на конфликт внимания, обратился к принцу Мейсис, — иди к Трайнарв, может ей нужна помощь.