Читаем Путь Моргана полностью

– Я не могу так же искренне ответить на твое признание, зато скажу, что мне было приятно видеть и слушать тебя. Это место я ненавижу всей душой, как и Порт-Джексон, или Сидней, или как там он еще называется. Я ненавижу каторжников и пехотинцев, мне отвратительны моряки королевского флота. Я чрезвычайно признателен твоей жене, которая и в самом деле оказалась превосходной экономкой и очень скромной женщиной. А еще я благодарен тебе за изготовление досок и рома. – Он сделал паузу и добавил: – К тому же терпеть не могу солдат корпуса Нового Южного Уэльса. Нам придется поплатиться за все свои ошибки. Идеалисты флота впустили сюда стаю волков, переодевшихся в мундиры солдат нового корпуса, а я бы предпочел мундиры морских пехотинцев, даже под командованием этого мерзавца Джорджа Джонстоуна. Как и мне, солдатам нет дела ни до каторжников, ни до колоний, но если я возвращаюсь в Англию бедняком, они вернутся, успев сожрать всю добычу, что им попадется, и разжиреть. И в этом деле существенную роль сыграет ром. Они будут богатеть, пренебрегая долгом, честью, королем и родиной. Помяни мое слово, Морган, так все и будет.

– Ничуть не сомневаюсь, сэр.

– Вижу, твоя жена ждет ребенка.

– Да, сэр.

– Лучше держитесь подальше от долины Артура… впрочем, ты достаточно умен, чтобы понять это. С мистером Кингом у тебя не будет никаких забот: ему не оставалось ничего другого, как признать справедливыми все мои распоряжения, сделанные, пока я по закону занимал пост вице-губернатора. Разумеется, полностью помиловать тебя вправе только сам губернатор, но поскольку срок твоей каторги кончился несколько месяцев назад, я не вижу причин, по которым он мог бы отказать тебе. – Росс остановился. – Если когда-нибудь жители этого злополучного острова и будут процветать, то лишь благодаря таким людям, как ты и Нат Лукас. – И он протянул руку. – Всего хорошего, Морган.

Сморгнув слезы, Ричард крепко пожал майору руку.

– До свидания, майор Росс. Всего вам наилучшего.

Спеша догнать Китти и Джо, опечаленный Ричард размышлял о том, что половина дела уже сделана. Осталось покончить со второй половиной.

«Королева» разгружалась сначала в заливе Каскад, а потом в Сидней-Бей. В это время Ричард продолжал работу на лесопилке с новым напарником и был слишком занят, поучая его, чтобы следить за происходящим вокруг. Прошло немало времени, прежде чем он случайно поднял голову и заметил неподалеку человека в мундире королевского флота с золотым галуном. С замотанными тряпками руками Ричард направился навстречу вице-губернатору Кингу.

– Зачем старшему пильщику самому понадобилось браться за пилу? – осведомился Кинг, с восхищением разглядывая мускулистую грудь и плечи Ричарда.

– Я не прочь размяться, сэр, и дать моим подчиненным понять, что я еще не утратил мастерства. Лесопилки работают исправно, каждый работник на своем месте. Здесь, на третьей лесопилке, работаю я сам, когда это необходимо.

– Ей-богу, за время моего отсутствия ты заметно окреп, Морган. Насколько я понимаю, ты уже добился помилования и теперь считаешься свободным человеком?

– Да, сэр.

Поджав губы, Кинг похлопал ладонью по собственной ляжке, обтянутой белоснежной тканью.

– Похоже, пильщики не виноваты в том, что большинство строений поселка вот-вот развалятся.

Намек требовал ответа. Ричард стиснул зубы и уставился на Кинга в упор, вновь ощутив свою силу, которую впервые почувствовал благодаря Китти.

– Надеюсь, сэр, вы не собираетесь обвинять Ната Лукаса?

Кинг вздрогнул и решительно помотал головой:

– Нет, конечно, нет, Морган! Обвинять моего старшего плотника? До такой глупости я еще не дошел. Я намерен возложить вину на майора Росса.

– Это невозможно, сэр, – ровным тоном возразил Ричард. – Вы покинули остров двенадцать месяцев назад, через неделю после того, как численность его населения возросла со ста сорока девяти до пятисот человек. За время вашего отсутствия численность островитян превысила двенадцать сотен. После прибытия «Королевы» она снова увеличилась, к тому же на остров привезли ирландцев, большинство из которых даже не говорит по-английски. Остров изменился, стал иным, не таким, каким вы оставили его. Да, мы, старожилы, сохранили здоровье – нам жилось нелегко, но мы выдержали это испытание. А теперь нам придется кормить людей, треть из которых больны, к тому же из Порт-Джексона сюда ссылают отпетых мерзавцев. Я убежден, – продолжал он, не обращая внимания на растущее негодование Кинга, – что за время пребывания в Порт-Джексоне вы не раз беседовали с его превосходительством о тяготах жизни в колонии. Жизнь здесь, на острове, ничем не лучше. За последние двадцать месяцев лесопилки произвели тысячи тысяч погонных футов досок. Мы не успевали даже вымачивать древесину в воде, поскольку колонисты продолжали прибывать. Можно сказать, что майор Росс, Нат Лукас, я и многие другие оказались между двух огней. Но в этом никто не виноват – по крайней мере никто из живущих в этом полушарии.