Читаем Путь Моргана полностью

– А по-моему, недостаточно добр. Ведь ты носишь моего ребенка. – И Ричард начал нагружать сани, готовясь ко второму спуску. Рассматривая его покупки, Китти, как и полагалось женщине, не обратила внимания на печную трубу. Второй спуск прошел быстрее и легче.

Стоя возле своего дома, Роберт Росс любовался великолепным закатом и наблюдал, как Ричард спускается с горы Георга. Майор видел, как за одну субботу Ричард несколько раз одолел крутой склон, и восхищался выносливостью этого человека. А как он был умен! Само собой, он ведь родом из Бристоля, города саней. За неимением колес он обходился полозьями. «Должно быть, он сильнее мула, а ведь у него только две ноги. Я всего на восемь лет старше его, но даже в двадцатилетнем возрасте я не смог бы сравниться с ним силой». Майор давно понял, что Китти – единственная слабость Моргана. Милая, тихая, как мышка, вежливая и добрая. Воспитанница работного дома, как сообщила майору миссис Морган, презрительно фыркнув. Росс знал, что англиканская церковь, попечительница множества женских работных домов, в том числе и дома в Кентербери (он давно просмотрел бумаги Китти), умеет прививать девушкам добропорядочность. Как образованный мужчина из среднего класса, Морган совершил мезальянс, женившись на Китти. Но с точки зрения майора, самой досадной ошибкой Ричарда была женитьба на Лиззи.

Ричард и Китти справили новоселье двадцать седьмого и двадцать восьмого августа тысяча семьсот девяносто первого года. К этому времени плотники укрепили потолочные балки, обшили дранкой крышу, а досками – стены, проложили дорожку от передней двери до ручья. Закончен был только один этаж, а за второй было решено взяться, когда понадобится. Ричард понимал, что пройдет еще немало времени, прежде чем новый дом станет таким же уютным, как прежний, но это его не пугало.

Убранство нового дома составляли несколько столов, кухонный стол, шесть крепких стульев, две отличные кровати (одна с матрасом и подушками, набитыми перьями), полка для инструментов Ричарда и каменный очаг с широким дымоходом. Рядом разместилась железная печка, труба которой выходила в каменный дымоход. Благодаря ей в доме не приходилось разводить открытый огонь. По вечерам в нем становилось темно, но Ричард ценил безопасность превыше всего.

Друзья, которым было нечего дарить, кроме растений или домашней птицы, преподнесли супругам на новоселье маленькие подарки, которые Ричард и Китти с радостью приняли, отлично сознавая их истинную ценность.

Нат и Оливия Лукас принесли славную кошечку, Джо Лонг – еще одну собаку. Наиболее процветающие друзья семейства Морганов проявили обычную щедрость: Стивен подарил супругам дубовый кухонный шкаф, купленный у доктора Джеймисона, а Уэнтуорт – колыбель. Кошечку назвали Тибби, а сучку, с виду напоминающую кинг-чарльз-спаниеля, – Шарлоттой. Мактавиш, единственный представитель мужского пола среди четвероногих обитателей дома, дружелюбно встретил и кошку, и собаку.

Ричард долго ломал голову, не зная, где разместить уборную и свинарник: он опасался загрязнения грунтовых вод, стекающих в ручей. Вспомнив, как поступил брат Пег, когда ему понадобилось вырыть новый колодец, Ричард срезал раздвоенную сочную ветку кустарника, взял ее за оба конца развилки и призвал на помощь высшие силы, решив попробовать себя на поприще лозоходца. Наградой ему стало прелюбопытное явление: ветка в его руках словно ожила и осторожно потянула его вперед. Но в руках Китти и Стивена она оставалась неподвижной.

– Все дело в нашей коже, – объяснил Стивен, грустно разглядывая собственные ладони. – Она слишком жесткая, сухая и мозолистая. А твоя кожа, Ричард, нежная и влажная. Думаю, руки лозоходцев замыкают водяную цепь.

Не найдя объяснений случившемуся, Ричард решил построить и свинарник, и уборную к северу от дома, где почти не было подземных водных потоков.

Но самое печальное последствие новоселья не сумел предугадать никто, хотя Ричард предпочитал обвинять в непредусмотрительности самого себя. В то же самое воскресенье, когда они с Китти попрощались с домом в долине Артура, капрал морских пехотинцев застал Джона Лоурелла играющим в карты с Уильямом Робинсоном Вторым. Этому капралу майор Росс разрешил занять бывший дом Ричарда. Обрадованный пехотинец отправился осматривать новое жилье. На беду, он оказался набожным человеком и был потрясен увиденным в хижине Джона. Он играл в карты в воскресенье, день, посвященный Богу! Лоурелла и Робинсона приговорили к ста ударам плетью.

– Это несправедливо! – убеждал Ричард Стивена. – Они не причинили никакого зла ни Богу, ни людям. Мне и в голову не приходило, что играть в карты в воскресенье грешно, – просто встретились друзья и решили развлечься. Ведь они играли не на деньги! Если бы я мог поговорить с майором…