Читаем Путь Моргана полностью

– Им повезло! – оживился доктор Мюррей. – «Леди Джулиана» принадлежит одному из подрядчиков, мистеру Ричардсу. Самое худшее, что можно сказать об этом корабле, – что его экипаж провел время так приятно, как на винокуренном заводе. Да еще в обществе женщин! Неудивительно, что судно двигалось с черепашьей скоростью.

– Значит, нам есть за что быть благодарными, – подытожил Росс. – Несомненно, нашим повитухам вскоре придется трудиться не покладая рук.

– Да, некоторые каторжницы беременны. А есть среди них и те, кто недавно родил.

– А сорок семь мужчин? Они из Порт-Джексона или их привезли на одном из адских кораблей?

– Это новая партия каторжников, самые крепкие из них. Впрочем, работать никто из них пока не в состоянии. Хорошо еще, они в своем уме и могут пережевывать пищу.

Островитяне давно поняли, что где-то на Норфолке изготавливают ром, но с самого начала Роберт Росс смешивал его с ромом из старых запасов и называл пойлом из Рио. Продукцию Ричарда он разливал по пустым дубовым бочонкам, добавляя в нее хороший бристольский ром с «Юстиниана», чтобы проверить, каким он станет, когда отстоится. Этот неприкосновенный запас лейтенант Кларк и Ричард спрятали в сухом и надежном месте. Перегонный аппарат продолжал работать: майор Росс подсчитал, что к тому времени, как будет получено две тысячи галлонов дистиллята, запасы сахарного тростника и бочонков иссякнут. Он решил сразу после этого поручить Моргану разобрать аппарат и спрятать его. Уступая голосу рассудка, Росс пришел к выводу, что часть ячменя, выращенного на острове, придется употребить для изготовления пива, к тому же «Юстиниан» среди прочих грузов привез хмель. Теперь даже каторжникам не придется пить одну воду.

Боже милостивый, как управлять всеми этими мужчинами и женщинами, которых правительство короля отдало на съедение паразитам и двуногим чудовищам? Росс приказывал казнить и пороть людей, но вместе с тем заботился о них и не давал им умереть с голоду. Осознал ли Артур Филлип, что нечеловеческие условия жизни на невольничьих судах во второй раз за год спасли его от голодной смерти? Что случилось бы, если бы все тысяча двести каторжников сошли на берег крепкими и здоровыми? Провизии, привезенной «Юстинианом», хватило бы всего на несколько недель. Бог спас Новый Южный Уэльс, сделав своими помощниками бездушных капитанов невольничьих судов. Но кто поплатится за это, когда Бог потребует расплаты?

Утром десятого августа, перед началом вывоза каторжников с «Сюрприза», майор Росс собрал всех своих подчиненных вокруг флагштока и обратился к ним с речью.

– Наша участь улучшилась благодаря запасам провизии, которые позволят нам продержаться некоторое время, – звучно произнес он. – Поэтому я отменяю военное положение. Но это не значит, что вам отныне все позволено! Даже лишившись права предавать вас смертной казни, я все равно вправе пороть вас до полусмерти – и буду пороть за провинности! Численность населения острова увеличится и достигнет семисот восемнадцати человек, а остров и без того перенаселен. К тому же большинство вновь прибывших – женщины, мужчин намного меньше, да и те больны. Значит, голодных ртов прибавится. В каждый дом будет поселен еще один человек, ибо я не намерен строить отдельные бараки для женщин. Размещением вновь прибывших займутся те, кому непосредственно подчиняются каторжники, – мистер Донован и мистер Уэнтуорт. Каждый из вас, будь он матросом, пехотинцем, помилованным каторжником или каторжником, отбывающим срок, обязан позаботиться по крайней мере об одной женщине. Офицеры могут поступать так, как сочтут нужным. Но прежде выслушайте меня внимательно: дважды предупреждать я не собираюсь! Я не допущу, чтобы женщин избивали, унижали или превращали в игрушки для мужчин. Помешать совокуплениям я не могу, но не стану проявлять снисходительность к тем из вас, кто окажется зверем. За изнасилование и избиение женщин любой из вас получит пятьсот самых хлестких ударов плетью – это касается как пехотинцев и матросов, так и каторжников.

Он замолчал, хмуро вглядываясь в лица безмолвных слушателей и с досадой отмечая злорадство в глазах капитана Джона Хантера: тот один понял, что майору Россу пришлось отменить военное положение по приказу его превосходительства, и восторжествовал.