Читаем Путь Моргана полностью

На взгляд Росса, остров во всех отношениях уступал Порт-Джексону, он не сомневался, что этой земле не прокормить более четырехсот едоков. Правда, овощей здесь было множество, несмотря на нашествие гусениц, но человек, питающийся одними овощами, не в состоянии выполнять тяжелую работу – ему необходимы еще и мясо, и хлеб. Собранный урожай пшеницы и кукурузы изумил Росса. Кинг объяснил, что только постоянное присутствие в амбаре отпрысков Макгрегора и Дельфинии помогает сдержать натиск крыс. Новые переселенцы привезли с собой еще десяток собак и два десятка кошек, способных истребить полчища грызунов. Свиньи здесь плодились гораздо быстрее, чем в Порт-Джексоне. Их кормили кукурузой, кормовой свеклой, рыбьей требухой и всеми прочими объедками и остатками, даже мякотью пальм и древовидных папоротников. Кроме того, на корм скоту шло мясо какой-то морской птицы, гнездящейся в расщелинах горы Георга с ноября по март.

– Эти глупые твари, – рассказывал Кинг, – забывают дорогу к гнездам, едва отойдя от них. По ночам они воют, как призраки, пугая нас до полусмерти. С факелом в руках их легко поймать. Свиньи сами забираются на гору и ловят этих птиц. Мы тоже пробовали их мясо, но оно слишком жирное и отдает рыбой. Гадость!

«Значит, – думал Росс, шагая рядом с Кингом, – мне придется заботиться еще и о том, как прокормить свиней».

Несмотря на то что урожай пшеницы был хорошим, ее не хватило бы островитянам до следующего урожая; посев начинался в мае или июне, жатва – в ноябре или декабре. По словам Кинга, кукурузу можно выращивать на острове круглый год. Для борьбы с гусеницами и крысами он разработал собственный метод: приказывал сеять пшеницу сразу после того, как схлынет очередная волна и гусениц станет меньше, а кукурузу сажал после пшеницы. Добраться до пшеничных колосьев крысы не могли, но без труда взбирались вверх по стеблям кукурузы. Однако и початкам, и колосьям угрожала еще одна опасность – со стороны зеленых попугаев, прилетавших на поля огромными стаями. Майор понял, что укрощение дикой природы представляет собой непрестанную войну.

Он прошелся по берегу возле Сидней-Тауна, ни на минуту не переставая размышлять. Селиться в долине Артура нельзя: именно там лучше всего растут злаки и овощи, значит, эту землю следует беречь. Вновь прибывших придется разместить в Сидней-Тауне – но только на время. Надо будет побывать в гостях у Роберта Уэбба с женой и бывшего каторжника Роберта Джонса, которые осваивали землю между Сидней-Тауном и заливом Каскад. Майор помнил, что высадился на берег именно в заливе Каскад. Как, должно быть, злорадствовал Хантер, видя вице-губернатора в шлюпке, переполненной домашней птицей! Росс всей душой желал отомстить капитану «Сириуса» Джону Хантеру и мысленно послал ему проклятие, в силу которого верил, несмотря на всю свою приземленность и практичность. Хантеру не видать удачи. Хантер еще узнает, что такое горе. Хантер погибнет. Будь он проклят, будь он проклят…

Немного успокоившись, Росс остановился на берегу, повернулся на восток и принялся разглядывать расчищенный, но ничем не занятый участок вдоль пляжа в Черепашьем заливе. Вот здесь, решил он, да еще вдоль дороги к естественному причалу и разместятся пехотинцы и офицеры, таким образом преграждая каторжникам доступ в долину Артура и к пище, хранящейся в огромных амбарах, выстроенных Кингом. Каторжников придется поселить восточнее, по десять человек в хижине, и к черту наложенные преподобным Джонсоном запреты на ночные свидания мужчин и женщин! По мнению Росса, разрешение беспрепятственно совокупляться облегчило бы жизнь колонистов. Бог простит их, ведь он обрек их на такое множество других испытаний.

Каторжникам, которых офицеры выгнали из хижин у берега, надо будет вернуть их жилища во что бы то ни стало. Горстка людей, работавших здесь, заслуживала хоть какого-то поощрения за свои труды. Они вернутся в свои дома сразу, как только у офицеров появится жилье, и они же первыми получат земельные участки. Росс уже пришел к выводу, что это единственно верное решение – позволить каторжникам самим заселить островок, затерянный в океане. Самые покладистые и трудолюбивые получат в награду землю – в окрестностях Сидней-Тауна, в долине Артура, но в основном – на девственной, неосвоенной части острова. Дорог здесь уже достаточно, надо только расширить тропу в Болл-Бей, в залив Каскад и Энсон-Бей. Когда на острове появятся дороги, люди смогут свободно перемещаться по нему. Росс подумал о том, что если у него и есть хоть одно преимущество, так это рабочие руки.