Читаем Путь хунвейбина полностью

Обычно «технический интеллигент» снисходительно улыбался и агрессивно отвечал: «Эти диктатуры были нужны, чтобы защитить цивилизацию от коммунистической заразы».

Дать тебе в торец, что ли? Но, нет. Ты же клоун. Вот мы над тобой и посмеемся.

- А вы сами-то что-то не больно смахиваете на капиталиста.

- Но я готов им стать.

Удивительно, но часто рядом с таким задротом стояла вполне симпатичная и чистенькая девушка лет 27-ми. Обычно спутницы «кандидатов в капиталисты» молчали, иронично смотрели на оппонента и периодически кивали головой в знак согласия с тем, что говорит их избранник, и не без восхищения поглядывали на него. Чем субъекты с пузырями могли привлечь противоположный пол – для меня загадка. Может быть, некоторые женщины подсознательно западают на тех, кто четче остальных выражает общее настроение? Не знаю… Но мне иногда хотелось отхлестать барышень по щекам, сорвать с них все, кроме белых «пионерских» трусов, которые просвечивали под платьем, публично унизить. Вот такой вот фашистский импульс! Но я его, конечно, подавлял.

В общем, чем дальше, тем больше, я все меньше верил в способность масс критически мыслить и самим творить революцию. И если я что и готов был что-то принять в троцкистской концепции, так это учение о партии как об основном инструменте революции. В массы веришь тогда, когда с ними мало общаешься. Я общался часто.

Понимание огромной роли авангарда, «гвардии революции» – вот что меня привлекло в троцкизме. Во всем остальном описанная схема хромает на обе ноги. Социал-демократы погубили революцию на Западе в конце 1918 – в начале 1919 годов, а большевики разогнали фабрично-заводские комитеты весной 1918 года – разве это не внушает подозрение, что большевики изначально были против рабочей самодеятельности? Если лишь изоляция заставила большевиков отказаться – на время – от демократии, то почему они в конце 1917 года, то есть только придя к власти, а значит до изоляции и распыления рабочего класса, не признали перевыборы в Петросовет и другие перевыборы, на которых победили эсеры? Разве это не показывает, что большевики никогда не хотели осуществлять принципы, изложенные Лениным в «Государстве и революции»? За что большевики объявляли вне закона Махно, когда тот воевал с немцами, а после в тылах Деникина? Разве это и запрет других социалистических и коммунистических партий не показывает, что они изначально стремились ввести монополию на революцию и социализм? И так далее.

Но меня привлекало само слово – «троцкизм». От него пахло запретом, табуированной зоной. В конце концов биографии Бакунина и Кропоткина выходили в советской серии «Жизнь замечательных людей», а о Троцком – ничего, ни одной книги. В школе я прочел роман Веры Кетлинской «Мужество», где троцкист выведен главным злодеем - вредителем и убийцей. В учебниках по истории КПСС о Троцком тоже писали как о злодее, чтобы показать презрение к нему, никогда не приводили его инициалы. Просто - Л. Троцкий. Что я знал о Троцком? То, что разработал концепцию перманентной революции и якобы эта концепция обосновывает необходимость «экспорта революции на штыках». Якобы Троцкий не признавал переходный – буржуазно-демократический - этап в революции и настаивал на необходимости сразу строить социализм – «Без царя, а правительство рабочее». Строить социализм он якобы предлагал с помощью трудовых армий, не признавал НЭП, не верил в крестьянство, выступал за милитаризацию страны, был против мирного сосуществования с капитализмом, не верил в возможность победы социализма «в одной, отдельно взятой стране», призывал к продолжению революционной войны с империализмом. В годы перестройки был в моде драматург Шатров. Так и он в своей нашумевшей пьесе изобразил Троцкого проводником именно такого набора идей.

То, что должно было пугать обывателя, меня, радикала, наоборот, привлекало. Советское обществоведение преподносило троцкизм в одной упаковке с маоизмом, как явления одного характера. А из маоистского движения выросли «Красные бригады», которыми я увлекался.

В советской монографии о феноменологии Жана Поля Сартра я прочел, что это философ-экзистенциалист критиковал «реальный социализм» с «троцкистско-маоистских позиций». А Сартр занимает почетное место в леворадикальном сознании. Труды Сартра в Советском Союзе не издавали тоже, только пьесы. И мы знали философию Сартра по монографиям советских авторов, которые его критиковали. Я тщательно выписывал из монографий цитаты из Сартра, чтобы разобраться, что же такое экзистенциализм. Но толком так ничего и не понял. То, что Сартр выступал с «троцкистко-маоистских позиций» - уяснил. И это, с моей точки зрения, говорило за троцкизм и маоизм.