Уж таких чувств, как стабильность быть не должно, ну или не в приоритете так точно. Если в начале наших отношений была страсть, влюблённость, безумное желание друг к другу, то спустя время всё притупилось. Вчера, когда Даша собирала свои сумки, я почувствовал опустошение, обиду и глубокое разочарование.

Но разве Даша виновата в том, что не смогла оправдать моих надежд и желаний? Могу ли я винить её в этом? Понимаю, что нет. В своих неудачах я могу винить только себя. Я сам обманулся.

Теперь у каждого из нас своя дорога и я сделаю всё, чтобы наши пути больше не пересеклись.

Хватит, наелся.

Таких отношений я больше не хочу. Не хочу быть кому-то удобным, выгодным, стабильным, мне кажется у меня глаз скоро дёргаться начнёт от этих слов.

Залетаю к себе в подъезд, на хрен лифт, живу я на третьем этаже, так что лестница нам только в путь.

Проходя мимо почтового ящика, замечаю конверт. Это что ещё такое? Первый раз мне такие конверты «счастья» приходят.

И так, кто и чем нас там порадовать хочет?

«Рома, ты должен принять мой выбор. Я хочу быть счастлива, а с тобой я задыхалась, мне чего-то не хватало. Но я хочу, чтобы ты остался в моей жизни. Как близкий человек. Мы же можем поддерживать друг друга, помогать. Нам не стоит быть врагами.»

Видимо вчера уходя от меня, она решила оставить мне прощальное письмо. Я не ошибся, всё было спланировано заранее. Даша хотела уйти по английский, не прощаясь лично со мной. Я пришёл раньше и нарушил её планы.

Ей было бы куда проще уйти, не объясняя мне очевидных вещей, очевидных только для неё, судя по всему.

Я бы пришёл, увидел, что дома Даши нет, проверил бы шкафы и убедился, что и вещей её нет, а выходя из подъезда, непременно заметил бы письмо, и пазл бы сложился.

Сминаю письмо вместе с конвертом, подхожу к урне и выбрасываю его. Да иди ты на хер со своим «друг у друга». В нашем случае долго и счастливо жили бывшие, как друзья, точно не получится.

Любое напоминание об этой женщине в своей жизни, доме, я уберу. Зубами землю жрать буду, но вычеркну её из жизни.

Как бы ни было тяжело, я знаю точно, что должен держать себя в руках, иначе всё по новой. Скажи ей сейчас, что меня повысили, что есть перспектива расти дальше и, возможно, она задумается, может захочет вернуться.

Хочу ли я, чтобы со мной была женщина только когда у меня всё гуд?

НЕТ.

Чего я точно не хочу, это вернуться в те отношения. А других мне Даша дать не может, да и не хочет.

Наспех принимаю душ, переодеваюсь и вылетаю из квартиры.

Ну что ж, начнем всё с чистого листа? Кто знает, что ждёт меня впереди, может всё к лучшему.

Глава 4

1 год спустя.

— Доброе утро, Рашидов, какова оперативная обстановка за сутки? — опер, еще зелёный совсем, проработал почти год, кажется, только сейчас начинает осознавать всю степень пиздеца. Но парень работает хорошо, добросовестно.

— Здравие желаю, в течение суток зарегистрировано две кражи, Роман Иванович.

— Предоставь мне полную информацию, где совершено? Свидетели? Имеется ли видеонаблюдение? — Мурад стоит ни живой, ни мертвый, кажется ночка выдалась неспокойной.

— Всё готово, — передаёт мне документы. — Так же в документах есть опрос свидетелей и очевидцев.

— Хорошо, можешь идти домой, отдыхать. Кстати, кто у нас сейчас заступает на дежурство по графику? Субботин Илья? — после утвердительного кивка, продолжаю. — Передай ему дубликат документов, пусть ознакомится.

Год пролетел, я даже не заметил, полностью погрузился в работу. Должность, конечно, не сахарная, двенадцать человек в подчинении, и за любой их косяк отвечают не только они, но и лично я.

Так что, на месте сидеть не получается, стараюсь всё держать на контроле. Так же, вместе с операми выезжаю на адреса, если думаете, что, став руководителем, работы стало меньше, увы, я вас разочарую, её стало больше раз в десять так точно.

Полный штат, а каждый раз народу не хватает, каждого стараюсь прикрыть, выговор получать никому не хочется, всё бы ничего, но эти выговорешники уж очень сильно бьют по зарплате, а снять этот выговор можно только доблестно отличившись, ну или ждать год. Первое почти не возможно, а второе… очень не хочется целый год лишаться двадцати процентов от зарплаты.

В личной жизни у меня всё глухо, есть конечно женщины, греющие мою постель, но чтобы что-то серьёзное, такого на горизонте не предвидится. О прошлом думать совсем не хочется, Даша периодически даёт о себе знать, мелкие просьбы или просто узнать, как дела, но любой контакт с её стороны я жёстко пресекаю. Её в моей жизни нет и не будет.

Прошли чувства, осталась пустота. К сожалению, невозможно эту пустоту заполнить работой, ближе к ночи накатывает.

Смотрю на часы, 22:30 по Московскому времени, нужно собираться домой.

— Здравие желаю, Ром, нужно на адрес поехать, там изнасилование. Женщина позвонила две минуты назад, — Илюха залетает в кабинет, весь запыхался.

— Поехали, кто из следаков собирается ехать? — наспех надеваю куртку и закрываю кабинет.

— Сегодня дежурит Ксюша, кажется. Но она сейчас на адресе, будет чуть позже.

На адрес мы прилетели, где-то минут через пятнадцать.