Читаем Путь к империи полностью

Французы на Генуэзской Ривьере занимали ЛаБокетту, Апеннинский хребет до Альп и Альпийский хребет до Большого Сен-Бернара; австрийцы занимали Пьемонт, долину Аосты, Сузу, Пиньероль и т. д. и позиции со стороны Италии ниже главного хребта. Французы испытывали лишения на Генуэзской Ривьере из-за недостатка перевозочных средств и фуража. В госпиталях началась эпидемия; наступил полнейший упадок духа. Некоторые полки бросали свои позиции и уходили за реку Вар.

Только воззвания первого консула, его имя, помощь всякого рода, которую он присылал, смогли приостановить разложение. Армия реорганизовалась. Вместо того чтобы открыть кампанию в феврале, Мелас начал ее только в апреле, как это будет видно при изложении кампании 1800 г., настолько же славной для Франции, насколько кампания 1799 г. была для нее пагубной.

Шампионе умер от горя и тревог в начале февраля. Уроженец Баланса в Дофине, он отличился в Самбро-Маасской армии, где его дивизия была одной из главных. Там он проникся ложными принципами ведения войны, которые лежали в основе планов Журдана. Он был храбрым, усердным, предприимчивым, преданным родине. Он был хорошим дивизионным генералом, но посредственным главнокомандующим.

10 февраля Массена прибыл в Геную, чтобы принять там командование армией.

V

Первое замечание. План кампании коалиции.

1. План, состоявший в том, чтобы действовать четырьмя армиями в Италии, в Швейцарии, на Рейне и в Голландии, объединяя по возможности в каждой армии войска одной и той же национальности, сам по себе был хорош. Но к его исполнению следовало приступить либо в начале, либо в конце кампании. Во время пребывания на зимних квартирах передвижения проводятся без затруднений, у штабов есть время изучить местность, знать которую очень важно.

2. Русских следовало послать на нижний Рейн, поручив австрийцам Швейцарию и Италию. Русские не приспособлены для действий в Италии.

3. Вторжение в Голландию с 45 000 человек удалось бы, если бы войска действовали вместе и, высадившись в один и тот же день, без промедления двинулись на Амстердам. Герцог Йоркский вошел бы в эту столицу на той же неделе. Но так как 15 000 человек из армии высадились на 21 день раньше, чем 30 000 других, то не было возможности надеяться на что-либо хорошее от такой ошибочной комбинации, и одного этого было почти достаточно, чтобы экспедиция не удалась. Сент-джемскому кабинету не повезло, когда он принял такую комбинацию.

4. Движение эрцгерцога к нижнему Рейну было преждевременным. И не опасности, которым могли подвергнуться Филиппсбург и Германия, повлияли на его решение, а желание не опоздать и вовремя поддержать действия армии герцога Йоркского. Потеря Швейцарии и поражение Корсакова были следствием ошибочного маневра эрцгерцога. Эти события должны быть, следовательно, отнесены на счет англичан. Таким образом, в 1799 г., как и в 1800 г., вмешательство их армии погубило коалицию.

5. Альпийскую и Итальянскую армии надлежало бы объединить под командованием одного и того же начальника. Отсутствие взаимодействия между этими двумя армиями оказалось гибельным. Планы, принимаемые в Париже, противоречили всем правилам военного искусства.

Так как военное искусство является искусством исполнения, то все сложные комбинации должны быть отброшены. Простота есть первое условие хорошего маневра. Лучше сделать тремя или четырьмя переходами больше и собрать свои колонны позади и дальше от противника, чем производить их сосредоточение у него на глазах.

Второе замечание. Массена; Лекурб.

1. После ухода Бельгарда в Италию Гельветская армия французов все время была более сильной, чем австрийская. Массена следовало воспользоваться большими успехами своего правого фланга 14, 15 и 16 августа. Победа Массена была бы обеспечена, если бы он приказал Лекурбу маневрировать на правом берегу Линта и Цюрихского озера, остальную же свою армию сосредоточил на Лиммате и переправился с нею через эту реку. Он разбил себе нос о цюрихские укрепления; очевидно, что для разгрома австрийцев до прихода русских следовало бы переправиться через Лиммат.

2. В Нижнерейнской армии Лекурб перешел Рейн с 20 000 человек. Он обложил Филиппсбург. Чего он хотел? – Взять Филиппсбург! Но, во-первых, у него не было осадного парка; во-вторых, эта осада продолжалась бы 30–40 дней, а наступила уже поздняя осень; в-третьих, он не мог надеяться на захват такой важной крепости с помощью столь недостаточных сил, в четырех переходах от всей армии эрцгерцога.

Следовало предварительно прогнать последнего не только из Донауэшингена, но даже из Ульма и отбросить за Лех. Для того чтобы взять эту крепость, нужно было по старому обычаю прикрыться контрвалационными линиями. Этого он не сделал. Эрцгерцога можно было отбросить за Лех только во взаимодействии с Гельветской армией, а в этом случае было бы лучше, чтобы Нижнерейнская армия, вместо операций на крайнем правом фланге эрцгерцога Карла, в 50 лье от Гельветской армии, действовала, не отрываясь от главной армии.