И всё это было сковано железной волей, взято под контроль обучением у наставников и преданностью своему делу, превращено в холодную ярость и праведный гнев, ныне обращенный на эльдар Алайтока. Oни были прирожденными убийцами и радовались, сражая врагов; им были дарованы величайшие доспехи и лучшее оружие, созданное людьми, их наполняла жажда уничтожения, похожая на несъемную боевую маску.

Они вообще не были людьми. Acпектные воины, ответившие на прикосновение Кхаина, были хладнокровными убийцами, но всё же оставались эльдар, способными преодолеть свои смертоносные порывы, когда находились не на войне. Эти же воины, оставившие позади такие понятия, как милосердие и стремление к миру, искали только сражений и кровопролитий. Во многом они были чем-то большим, чем люди, но Тирианне показались даже хуже таких низменных существ, как грубые орки. Эти создания, с их воинственными желаниями, были оскорблением Галактики, их появление не предвещало ничего, кроме резни. То, что самопровозглашенный Император Человечества желал видеть их такими, указывало на его варварскую сущность.

Увиденное заставило Тирианну вздрогнуть от страха, и на мгновение её охватила паника.

Сыны Орара, прославленные и внушающие страх космические десантники Императора, были готовы начать наступление.

Глава 12

Удел

Алайток, одна из первых рун, символизирует рассечение пут, отделение прошлого от настоящего и настоящего от будущего. Для провидцев мира-корабля, носящего то же имя, Алайток представляет собой центр, вокруг которого вращаются остальные руны, определяя судьбу их родины и её народа. Кроме того, это защитный символ, который в опасной ситуации можно использовать для того, чтобы рассечь сплетение и таким образом спастись от демонического вторжения.

Сражение за Алайток не утихало. Космические десантники своей атакой поддержали ослабевшее продвижение людей и оттеснили защитников мира-корабля к центральным куполам. Взяв под контроль несколько ключевых магистралей, захватчики быстро неслись вперед; во главе вражеских сил наступали воины Сынов Орара в красно-белой броне. За ними следовали пехотные, танковые и артиллерийские колонны, готовые всей мощью обрушиться на алайтокцев.

Как и было решено на совете перед вторжением, эльдар оставляли некоторые части Алайтока без боя. Они отключали силовые купола и энергетические щиты, оставляя солдат неприятеля беззащитными перед жестокостью открытого космоса, запечатывали громадные арочные проходы вдоль шоссе Непогрешимого Лунного Света и разрушали мосты, пересекавшие проспект Благодатной Скромности.

Быстрейшие подразделения эльдар постоянно наносили беспокоящие удары по врагу. Воины аспекта Пикирующих Ястребов мелькали над наступающими рядами людей, низвергая с небес лазразряды и плазменные гранаты. Сияющие Копья стрелой вылетали из боковых туннелей, срезая толпы неприятелей сюрикеновыми очередями и залпами лазерных пик, а затем быстро выходили из зоны поражения. Пауки Варпа, телепортируясь в гущу врагов, атаковали их моноволоконными нитями смертопрядов, а затем исчезали вновь.

Контратаки и отступления эльдар служили определенной цели. Противника нельзя было остановить, но оставалась возможность задержать и перенаправить его. Своими маневрами алайтокцы разделяли человеческие силы, а затем уничтожали изолированные отряды. Танки людей, преследуя врагов, оказывались в тупиках и вынужденно сдавали назад — а затем, наступая по другим маршрутам, упирались в новые преграды.

Самым крепким орешком были космические десантники. Как вместе, так и поодиночке они ничем не уступали аспектным воинам, и сверхчеловеческих противников приходилось выманивать на открытое пространство, под огонь титанов и прочих тяжелых боевых машин Алайтока.

Тирианна как раз направляла залпы нескольких орудийных батарей против бронетехники, рвущейся по шоссе Звездного Света, когда с ней связался Келамит. Наставник просил встретить его в Кладезе Безмолвной Заботы, зале, расположенном неподалеку от Покоев провидцев в центре мира-корабля.

Девушка знала, что этот час настанет, но всё равно беспокойно вздрогнула. Кладезь Безмолвной Заботы посещали только с одной целью — пробудить алайтокских мертвецов.

Название хорошо подходило залу, странная акустика которого поглощала любые звуки. Шаги Тирианны казались приглушенными, пока провидица шла по бледно-голубому полу навстречу Келамиту. Стены скрывались под лабиринтом кристаллических проводов, обнаженного участка сети бесконечности. Энергетические каналы пульсировали вспышками света.