Читаем Путь эльдар: Омнибус полностью

— Все мы слышим музыку, зовущую в пляс — звучит она в надеждах и страхах без прикрас. Кто-то слывет развязным, кто-то скованным, где один покажет силу, другой покажется слабовольным. Но станешь ты драться, иль бросишься бежать, Та-что-Жаждет будет ритм для тебя задавать.

Проговорив эту непонятную загадку, Лехтенниан отступил на шаг, поклонился, широко взмахнув рукой, и рысцой взбежал по винтовому трапу ко входу в звездолет арлекинов. В последний момент он обернулся, и в воздухе закружилось что-то серебряное, вылетевшее из руки солитера. Изгой инстинктивно поймал падающую вещицу — пальцевый свисток. Когда он поднял голову, желая поблагодарить старика, тот уже скрылся из виду, а входной люк быстро закрывался.

Маэнсит пришла к Арадриану через несколько дней после того, как «Фаэ Таэрут» окончательно вернулась в Паутину. Женщина вновь стала прежней, расслабленной и игривой, что резко контрастировало с её поведением во время перехода к старым мирам. Хотя речи комморритки остались такими же дразнящими, действовала она более прямолинейно, чем до экспедиции, и уже через пару циклов изгой оказался в её покоях. После одного из этих интимных визитов алайтокец столкнулся с Афиленниль, которая презрительно взглянула на него, но воздержалась от прямых обвинений. Легко было увидеть в действиях странницы ревность, но её настроение, видимо, заметно ухудшилось после отбытия Лехтенниана, так что Арадриан проигнорировал оскорбление и ушел, оставив бывшую любовницу в коридоре, ведущем от офицерских кают к корме.

В десяти циклах пути от Кхай-дазаара капитан вывела «Фаэ Таэрут» из Паутины в реальный космос через овальный портал, мерцающий белизной. Крейсер вошел в звездную систему Ассаин-алей-Немеш, расположенную на краю вихревой туманности, которую Маэнсит называла Озером Печалей. Когда на смотровую палубу вошли Джаир и Афиленниль, разыскивавшие командира корабля, то рядом с наемницей они увидели Арадриана.

— Зачем мы прилетели сюда? — спросил Эссинадит, бросив неодобрительный взгляд на алайтокца. — Нам нужно вернуться в Кхай-дазаар с путеводными камнями.

— Что мы делаем здесь? — посмотрев в идущие чередой широкие иллюминаторы, Афиленниль увидела несколько газовых гигантов, вращавшихся вокруг бледно-голубой звезды. — С виду это мертвая система.

— Если вы думаете, что я зря вас тут задерживаю, то можете улетать, когда пожелаете, — отозвалась Маэнсит. — Мы здесь, чтобы немного затариться добычей для продажи на рынках Кхай-дазаара. Если вы наслаждаетесь компанией изгоев, готовых поровну делить тяготы корабельной жизни, то мой экипаж требует достойной оплаты за труды и смертельный риск. Собранных путеводных камней — нашей доли — недостаточно, чтобы возместить уже истраченные ресурсы.

— Так ты пират? — Арадриан сразу же заподозрил это, взойдя на борт «Фаэ Таэрут», но не обсуждал с коммориткой подобные темы. Женщина рассмеялась, услышав потрясение в голосе алайтокца.

— А откуда, по-твоему, берутся всё эти прелестные вещички? — спросила она, взмахом руки обведя изысканные кресла и диваны, низкие столики и шкафчики, которые украшали обзорную палубу.

— Я не так наивен, как ты думаешь, — сказал изгой, нахмурившись от легкомысленного ответа. — Меня просто удивило, что ты уже привела нас сюда, хотя ещё совсем недавно рисковала жизнью на старом мире. Разве не лучше восстановить силы перед тем, как вновь отправляться в бой?

— Такая роскошь нам недоступна, дорогой мой Арадриан, — возразила Маэнсит. — Когда мы оплатим причал в Кхай-дазааре и скомпенсируем Эстратаину потерю его ками, наша прибыль серьезно уменьшиться. Кроме того, по сравнению с нашими недавними знакомыми горстка хаугри-алимов вряд ли представляет какую-то опасность.

— Хаугри-алимы? — Джаир опередил изгоя с вопросом. — Чужая раса? Это их ты надеешься здесь отыскать?

— Не просто надеюсь, а отыщу. Собственно, нам и ждать не придется, — ответила комморритка. Коснувшись пластины под одним из иллюминаторов, она увеличила изображение. Скользящий дисплей сфокусировался на звездолете, подобных которому алайтокец прежде не видел (тут Арадриан осознал, что «видеть нечто в первый раз» становится неким лейтмотивом его жизни в качестве изгоя).

Название «хаугри-алим» показалось страннику каламбуром с «хаугрилим», существами из древнейших мифов, которые обитали на дне морском и, будучи обмануты Эльданешем, выдали ему секрет дыхания под водой. Космолет чужаков имел форму простого цилиндра, а двигатели его располагались на внешнем кольце, поддерживавшемся длинными стойками. Хотя даже на увеличенном изображении корабль оставался довольно небольшим, изгой разглядел ряды массивных объектов, окружавшие центральный корпус, и решил, что это какое-то оружие.

— Почти все их маршруты проходят через эту систему, — объяснила Маэнсит. — Хаугри-алимы живут в газовых средах, и в облаках мира внизу у них есть священное место. Это что-то вроде паломничества, или повинности, или чего-то такого. Я сама не совсем понимаю, но из-за него чужаки становятся невероятно предсказуемыми и уязвимыми.