— Постараюсь покороче. Эти выборы, Дел… Позволь мне не принимать участия. Разумеется, если тебе нужны помощники набрасывать тезисы, я к твоим услугам. Но для этого нужно очень много времени.

Дворкас одобрительно посмотрел на него и, дружелюбно улыбнувшись, произнес:

— Берись за это дело, Чарльз, если оно кажется тебе перспективным. Разумеется, мне будет нужна помощь. Видишь, я даже привлек своего брата. Значит, ты считаешь, что стоит глубоко заняться этой «ДМЛ-Хауз»?

Чарльз собирался ответить, но в это время в кабинет заглянул помощник Дворкаса и что-то шепнул ему.

— Извини, Чарли, здесь Джимми Лайонс. Подожди минутку.

В действительности прошло гораздо больше минутки.

— Не знаю, правильно ли ты собираешься поступить, — пробурчал Дворкас, когда вернулся.

— Что ты хочешь этим сказать? — удивился Мандин.

— Это очень серьезное дело — заниматься такой юридической практикой, к которой не подготовлен соответствующим образом. Но это твое дело, Мандин. Мне просто не хочется, чтобы у тебя были неприятности, поверь мне.

— Минутку, Дел, — остановил его Мандин. — Ведь ты сам сунул меня в это дело!

— Что, забеспокоился? Хочешь повесить его на меня? — холодно произнес Дворкас и поднял телефонную трубку в знак окончания беседы. — Уходишь? Ладно, мне надо еще поработать.

Сказанное Дворкасом не выходило из головы Мандина всю дорогу домой. Утром, как только проснулся, он опять вспомнил вечерний разговор.

Еще больше это встревожило его в здании Окружного Суда. Входя, он кивнул дежурному полицейскому, но а-от, казалось, смотрел сквозь него. Клерк, в ответ на слова: «Как дела, Эйб, как ребятишки?», только промямлил что-то и с грохотом захлопнул окошко.

Мандин стал понимать, что происходит. Это опечалило его, но добавило решимости. У следующего окошка он попросил необходимые протоколы. Поначалу ему вручили не ту папку. А в нужной папке отсутствовала половина документов. Он просидел в приемной секретаря Окружного Суда около двух часов, пока туда не забрела секретарша и не сообщила подчеркнуто враждебно, что мистер Кехрейн отправился обедать и сегодня его уже не будет. Мандин оставил официальную жалобу на бланке, который с трудом получил от секретарши, где указал, что ему незаконным образом, умышленно, ставят препятствия в попытках проверить общедоступные документы, касающиеся фирмы «ДМЛ-Хауз». Он вручил жалобу скривившейся секретарше, зная наперед судьбу этой бумаги, как только за ним закроется дверь приемной. Но он немного ошибся: жалоба полетела в мусорную корзину еще раньше. Мандин сердито повернулся, чтобы выразить свое возмущение. И тут рядом с ним возник дежурный полицейский, на лице которого была написана непоколебимая решимость.

Мандин виновато улыбнулся и отправился в свой офис обдумывать происходящее.

Четырнадцать миллиардов долларов…

Откуда все так быстро узнали об этом? Не от Дворкаса. Тот был равнодушен до того момента, как его вызвали из кабинета. Но именно Дворкас втянул его в это дело. Потому, что — Мандин покраснел от гнева при этой мысли, понимая ее правоту — потому, что Дворкас был абсолютно уверен: такая мелкая сошка все равно ничего не сможет сделать. Что же заставило его изменить свое отношение к этому делу?

Мандин лягнул на всякий случай ящик с Бессонной Секретаршей и продолжал расхаживать по комнате. Загробным голосом Секретарша поведала ему, что «миссис Мандин должна погасить задолженность до пятницы».

Он сел за стол. Ладно, значит, все одно к одному. А что еще можно было ожидать? Чем сильнее нажим со стороны «ДМЛ-Хауз», тем сильнее эта фирма напугана. И чем сильнее она напугана, тем больше шансов, что здесь на самом деле нечто грандиозное. А Чарльз Мандин стоит на пороге корпоративного закононарушения.

Он взял лист бумаги и сделал наброски. Фирма не сможет его остановить. Он добьется распоряжения суда на то, чтобы ему дали возможность посмотреть дела фирмы. С этого, очевидно, и следует начинать, если, конечно. Лавины ведут с ним честную игру. И пока Норма Лавин будет называть его своим фактическим поверенным, ему не смогут помешать. Разумеется, слушание его вопроса в суде значительно затормозит выяснение обстоятельств дела. Но не больше, чем на несколько дней, а тем временем он займется другими аспектами дела.

Кондиционирование Дона вполне может стать предметом иска. Если ему удастся раскопать имена, даты и географические названия.

Он достал папку с бланками, начал заполнять доверенность, которую должна будет подписать Норма Лавин. Она человек независимый и, несомненно, с трудным характером, но выбора у нее нет. Кроме того, подумал он, многое из ее внешней грубоватости просто защитная маскировка. А что еще делать в ее ситуации?

Зазвонил телефон. Он поспешно отключил Бессонную секретаршу и схватил трубку.

Послышался совершенно растерянный старческий голос:

— Это Гарри Райан. Норма… ее здесь нет. Было бы неплохо, мистер Мандин, если бы вы приехали. Мне кажется, что ее похитили.

Глава 11