Читаем Путь Черной молнии 2 полностью

– Не люблю я эту «контору», слишком много на себя берут, я несколько раз обращал внимание в СИЗО, когда они устраивали провокационные допросы с некоторыми политзэками, – устало произнес Сергей, – было бы не плохо слить эту компанию начальству.

– Сереж, а может, не стоит, если до Шаронова дойдет, не сносить тебе головы.

– Поздно уже, информация ушла в комитет, но я не глупец, чтобы напрямую их сливать, на то существует оригинальная подстава.

На следующий день, перед тем, как встретиться, Сергей еще раз позвонил Шаронову и через полчаса они уже сидели на лавочке, расположенной на главной аллее Красного проспекта, недалеко от здания управления КГБ.

Сергей видел майора всего несколько раз во время встреч в сауне с девушками, и отношения между ними сложились вполне нормальные. Но после инцидента с побегом, майор стал вести себя более осторожно и заговорил с Брагиным официально, перейдя на строгий тон.

– Итак, Сергей Михайлович, слушаю вас внимательно, и заранее предупреждаю, если ваша информация очень полезная, я непременно обнародую ее в целях розыска и поимки преступников.

– Александр… – Брагин замялся.

– Да ладно, можете без отчества.

– Тогда давай отбросим официальный тон и опять перейдем на ты.

– Ладно, Брагин, валяй, – как бы нехотя согласился майор.

– Я безмерно заинтересован в поимке преступников. С легкой руки дознавателя, кстати, присланного из вашего учреждения, я числюсь в списке подозреваемых лиц, обвиняемых в подготовке и осуществлении побега Ирощенко.

– Давай по существу, и без предисловия.

– Добро, начну по порядку: не так давно ко мне поступила информация, что работник оперчасти нашего следственного изолятора имеет прямую связь с уголовными элементами вне стен тюрьмы.

– С вольными жуликами что ли связан?

– Вот именно. Я перепроверил сведения и убедился, что капитан Ермолов по указу авторитетного уголовника, действительно перевел одного осужденного из обычной камеры в транзитную, где его должны были убить. След привел меня к местному уголовнику по кличке «Леший».

– Не вижу связи между неосуществленным убийством и побегом.

– Подозреваемый Ермолов – вот связь.

– Слушаю дальше, – Шаронов согласно кивнул.

– Это они подготовили побег Ирощенко.

– Откуда у тебя такая информация?

– От моего осведомителя.

– Брагин, ты прекрасно понимаешь, что для следствия важна фамилия и показания твоего агента, а не косвенные улики причастности Ермолова к уголовному преступлению.

– Я готов свести своего человека со следователем, но с одним условием, все должно остаться строго в секрете, в противном случае мой агент откажется давать показания. Сам понимаешь, они разделаются с ним, если узнают, что он стукач.

– Разумеется, тайну мы сохраним, зачем же подставлять ценного осведомителя.

– Есть еще один свидетель, который покажет, что Ермолов, якобы в целях оперативной обстановки поместил осужденного в транзитную камеру.

– Кто такой, его фамилия?

– Это девушка. Она работает в спецчасти нашего изолятора и готова дать показания. Но на официальный запрос может ответить начальник спецчасти.

– Вот это уже лучше, люблю конкретность. Что еще скажешь?

– Из надежного источника до меня дошли сведения, что тот самый уголовник Леший укрывает одного опасного преступника.

– О ком именно идет речь и почему ты не оповестил об этом уголовный розыск?

– Его фамилия мне не известна. А сообщить я не могу по одной простой причине, слишком узкий круг знает о побеге, я очень дорожу своими агентами.

– Какой прекрасный у тебя информатор. И какая все-таки фамилия у беглого преступника?

– Вот это и нужно узнать у Ермолова.

Шаронов удивленно взглянул на Брагина.

– Так, неплохо, – протянул майор, – кажется, я начинаю понимать, к чему ты клонишь. Ты хочешь сказать, если Ермолова хорошенько взять в оборот, то он все выложит. Неужели ты думаешь, что этот Леший укрывает именно Ирощенко, а не кого-то другого?

– Среди уголовников, а особенно у них в верхах, идут разговоры о каком-то дерзком и удачном побеге. За прошлую неделю по сводкам прошли два таких происшествия.

– Кто-то еще бежал?

– С пересыльного пункта в железнодорожном тупике из спецвагона на рывок пошел особо-опасный рецидивист. Его побег, как и у Ирощенко, прошел тщательно.

– Замешан офицерский персонал?

– Много неясностей, пытаюсь в этом разобраться. Однако нам важно узнать, не связаны ли оба побега с одним человеком, я имею в виду одного авторитетного вора… – Брагин сделал паузу, – об этом потом, давай лучше вернемся к разговору о Ермолове. Вот, Александр, – Брагин протянул майору свернутую вчетверо бумажку, – эта копия записки, обнаруженной у сержанта Звягинцева, надзирателя, и в ней говорится о некоем Воробьеве. Кстати, Ермолов, нарушая инструкции, перевел его в транзитную камеру, где Воробьева чуть было, не убили.

– Сергей, я не пойму, причем здесь этот Воробьев, если речь идет о побеге Ирощенко?