Читаем Путь через равнину полностью

Они продолжали двигаться на запад, к реке Сестре, спускаясь на следующую террасу, — с этой высоты была все еще видна степь на другом берегу бурной реки. Это дало им возможность разглядеть панораму местности и определить, насколько разлилась река. Во время половодья река достигала десяти миль в ширину. Дальнейшему разливу препятствовали горы как с этой, так и с той стороны.

В отличие от степей площадь поймы была покрыта болотами, маленькими озерами, поросла лесом и кустарником. Хотя деления на рукава не было, это все напоминало Эйле дельту реки Великой Матери. Ивняк и прочий кустарник, казалось, тянулся прямо из воды, служа тем самым ориентиром, до какой высоты доходила вода во время дождей и сколько почвы уносил с собой быстрый поток.

Эйла обратила внимание на окрестный пейзаж, когда Уинни перешла на шаг, поскольку ее копыта стали утопать в песке. Небольшие речки проложили глубокие русла среди песчаных дюн. Лошади вязли, поднимая тучи песка, но продвигались вперед.

Под вечер, когда слепящее солнце клонилось к земле, мужчина и женщина стали подыскивать место для стоянки. Подъехав ближе к пойме, они заметили, что мелкий песок несколько изменился. Верхние террасы состояли из лёсса, но порой половодье доходило и до них. Тогда к лёссу добавлялась глина, и это укрепляло почву. Когда они увидели степные травы, растущие вдоль речки, одной из многих, стекающих с гор к Сестре, то решили остановиться.

Закрепив шатер, они разошлись в разные стороны, чтобы добыть какой-нибудь еды. Эйла взяла Волка, тот побежал впереди и вскоре вспугнул стаю белых куропаток. Волк бросился за одной из них, а Эйла из пращи убила другую. Эйла не возражала, что Волк держит в зубах добытую им дичь, но, когда он отказался отдать ей куропатку, она возмутилась. Хотя одной жирной куропатки им хватило бы, она хотела приучить Волка делиться своей добычей с ними, ведь кто знает, что их ждет впереди.

Она еще не полностью осознавала, но резкий ветер напомнил ей, что зимой они будут идти по неведомой земле. Люди, которых она знала, то есть Клан и племя Мамутои, редко уходили далеко в суровые зимы ледникового периода. Они селились в местах, защищенных от жгучего холода и снежных бурь, и ели то, что запасли летом. Мысль о Путешествии зимой угнетала ее.

Джондалар убил большого зайца, которого они решили оставить про запас. Эйла хотела зажарить птиц на вертеле над огнем, но в открытой степи возле реки рос только чахлый кустарник. Оглядевшись, она заметила пару рогов разного размера и явно от разных животных. Хотя рога сломать было труднее, чем дерево, но, используя острые ножи и небольшой топор, они все же раскололи их. Одну часть Эйла использовала как вертел, а отломанные отростки — как вилки для вертела. После чего она решила, что надо оставить эти предметы у себя, тем более что рога загорались с трудом.

Эйла отдала Волку его часть поджаренной куропатки. Добавила несколько вареных больших корней тростника, которые выкопала на берегу речки, и съедобные грибы, собранные ею на лугу. Поев, они сидели у костра и смотрели на темнеющее небо. Дни становились короче, и потому они уставали не так сильно, особенно с тех пор, как появилась возможность ехать верхом среди открытых пространств.

— Дичь была хороша, — сказал Джондалар. — Мне нравится вот такая хрустящая корочка.

— Как раз в это время года они становятся упитанными и жирными. Перья уже изменили цвет, и на груди вырос густой пух. Я хотела бы взять его с собой. Пригодится что-нибудь набить. Пух куропаток очень хорош для спальной подстилки, но у меня нет места.

— Возможно, мы сделаем это через год. Зеландонии тоже охотятся на куропаток, — сказал Джондалар, намекая на то, что конец пути уже недалек.

— Это было любимое блюдо Креба.

Джондалар увидел, что она загрустила, и заговорил, надеясь отвлечь ее от мрачных мыслей.

— Есть даже куропатки — не у нашего селения, а к югу от нас, — которые не меняют окраску на белую. Круглый год они выглядят как летом. А на вкус они такие же, как эти. Люди, которые живут там, называют их красными куропатками и используют их перья для украшения головных уборов и одежды. Они делают специальные наряды для церемонии «Красная Куропатка» и в танце подражают птицам, ступая так, как это делают самцы, стараясь очаровать самок. Это часть их праздника Великой Матери. — Он остановился, но она по-прежнему молчала. Тогда он продолжил: — Они охотятся на птиц сетями и добывают их сразу в большом количестве.

— Я подбила одну из пращи, а другую добыл Волк, — нехотя откликнулась Эйла.

Джондалар решил, что у нее нет желания разговаривать, и они сидели, молча глядя на костер. Наконец она произнесла:

— Помнишь палку, которую бросала Бреси? Хотелось бы узнать, как пользоваться ею. Так можно убить сразу несколько птиц.

Похолодало, и они с удовольствием забрались в шатер. Хотя Эйла была необыкновенно молчаливой и грустной, она тепло ответила на прикосновение Джондалара, и его перестало волновать ее необычное настроение.