Читаем Путь полностью

Я уже знал дорогу, поэтому путь был быстрее. Добрался до гестхауса, меня радостно встретил хозяин, все тот же, и дал ключ, в ту же комнату. Я поднялся на нужный мне этаж, открыл дверь и осмотрелся. Все было на месте, и было точно таким же, как и когда я здесь останавливался в первый раз. Даже трусы висели на двери, на том же месте, что и раньше. Хоть что-то в этой жизни вечно.

Что интересно, комната была убрана: сюда заходила или уборщица, или сам хозяин. Комнату убрали. Но трусы никто не тронул, они висели на том же месте. Может, это такой элемент декора?

Внезапно в дверь кто-то постучал. Я открыл. Передо мной стоял подросток лет четырнадцати, я его видел, подходя к гестхаусу.

Он спросил:

– Покурить хош?

Я не понял, о чем он.

– Ну это, косяк надо? Мариванна.

– Нет, спасибо, не курю.

– А, ну лан.

Подросток оглядел комнату, как будто что-то искал, и сам закрыл перед собой дверь. Странный тип. Я подумал, что было бы неплохо принять дополнительные меры предосторожности: вдруг он просто искал, что-нибудь, что можно у меня украсть. В этом, впрочем, не было необходимости – все ценные вещи я и так носил с собой, а в комнате пареньку могли достаться разве что трусы с двери. Вот их он пусть и забирает.

Привычной дорогой я направился к берегу священной реки. Прошел через темную улочку с уложенными высокими рядами дров для кремации и вышел к воде. Добрался до первой площади, на которой сжигали трупы, той, что поменьше. Никакого интереса кремация уже не вызвала: все, что я мог увидеть, я увидел, и все выводы, которые мог сделать, я уже сделал.

Поэтому я просто решил прогуляться вдоль реки – вдруг увижу что-нибудь интересное.

Я шел по дороге вдоль реки и смотрел по сторонам. Все как обычно: кто-то пьет чай, кто-то играет в крикет, кто-то смотрит, как сгорает тело близкого человека, кто-то – наматывает на жердь полусгоревшие внутренности и подмешивает их ближе к огню.

Мимо меня прошла процессия женщин в одинаковых рясах и с бритыми головами. Где-то я слышал, что так здесь проходят процессии овдовевших жен. Слышал я и то, что иногда вдовы сжигают себя живьем рядом с телами умерших мужей, не желая продолжать свою жизнь без любимого. К счастью, в нынешние времена такое встречается редко, и я не стал свидетелем подобного события. Я освободил женщинам дорогу, немного посмотрел им вслед и пошел дальше.

Вдруг меня окликнули. Я повернул голову и увидел девушку. Красивая, с раскосыми глазами, одетая по восточной моде. Выглядела она так, будто только что сошла с обложки модного журнала, опять же восточного. На ней был комбинезон – темные шорты чуть выше колен и темный верх, из-под которого виднелась белая блузка.

Но ногах у нее были туфли с высоким каблуком, которые, она, судя по всему, носила нечасто – передвигаться на них девушке было очень неудобно, было видно, что она не привыкла к высоким каблукам. Но надеть каблуки при посещении массового крематория на берегу грязной реки, в воде которой плавают человеческие останки, она почему-то решила. Да и в целом такой наряд в здешних, очень консервативных местах, выглядел весьма вульгарно. Знала ли об этом девушка? Скорее всего, нет. Было странно, как она вообще сюда попала и, главное, зачем?

Девушка подошла ко мне и заговорила:

– Привет! Ты знаешь, как мне попасть к кострам?

– Привет. Тебе надо вон туда, – Я указал пальцем на траурную площадь, на который жгли десятки трупов. – Там более масштабное место, но грязно и атмосфера давящая. А можешь пойти туда, – и указал в противоположную сторону, – там меньше костров, но атмосфера расслабленная, будет не так тяжело смотреть.

– Мне надо туда, где больше костров. – Ответила девушка.

Я пожал плечами.

– Будь осторожна, ты сильно выделяешься на фоне других людей.

– Да? – Удивилась девушка. – А ты можешь меня провести?

– Конечно.

Я пригласил ее вперед, и мы двинулись. Было странно, что она даже не осознает, как сильно бросается в глаза ее внешний вид. Да и вообще, зачем надевать модную одежду в такое место? Здесь не одежда важна, а правильный настрой и чистая голова.

Мы шли, я немного впереди, а девушка немного отставая от меня – каблуки мешали ей и не давали идти быстро. Мы подошли к коридору перед выходом на площадь. “Коридор, в котором пахнет жареным человеческим мясом”, – Вспомнил я.

Мы зашли внутрь. Сильный запах жареного мяса ударил в нос. Я обернулся. Девушка выглядела шокированной.

– Это запах человеческого мяса, ветром приносит его сюда от костров. – Зачем-то пояснил я, хотя все и так было понятно. – Все еще хочешь туда попасть?

Девушка закивала утвердительно, хотя глаза ее говорили противоположное, в них был ужас.

Я увидел в ее руках фотоаппарат. Все стало чуть понятнее – ее интересует не само место, ей просто нужно сделать фотографии. Похвастаться перед друзьями, запостить в интернет или продать в какое-нибудь издание… Не так важно. Зато стало понятно, зачем человек, который выглядит так, будто ему здесь совсем не место, сюда пришел.

Я указал на фотоаппарат: