Читаем Пустые головы полностью

Хотя, беря наглядный пример со взрослых, некоторые особо завистливые, предприимчивые и пронырливые подростки сами откровенно навязывались Кире в друзья. А тот и не возражал – интерес новизны брал своё. И периодически Антон даже отходил на второй план. На второй, но никогда не последний и всегда отчётливо видимый Кириллом так хорошо, что многие вновь обретённые «друзья» очень быстро, по мере утраты интереса к ним, уходили снова далеко за второй план Антона.

С Антошкой же Кира ни на день связи не терял… В том числе и по причине незаурядных способностей Антош… простите, уже Антона. Он был интересен Кириллу, потому что знал больше. А Кирилл своим интересом к знаниям был интересен Антону.

Наконец, началась смена полюсов – Кира начинал завидовать заслуженным успехам Антона в учёбе, а тот начинал кайфовать от своей снисходительности, когда помогал другу разобраться в чём-то. И когда рассказывал всякие интересные истории из книжек, самостоятельному чтению которых Кира предпочитал занятия спортом.

Он, вообще, к юности в спорте уже весьма преуспел – был и призёром, и чемпионом чего-то там. Но к удивлённой радости друга Антона не вызывал в нём уже не то что приступа зависти, но даже особо ощутимого всплеска уважения. Хотя лицемерные приличия, конечно, соблюдались: были поздравления-пожелания-рукопожатия-объятия, но только чтобы другу сделать приятное. В душе – а душу, как бога, не обманешь! – Антон не чувствовал ничего. Ему это было неинтересно.

Однажды Кира обратился с конкретным предложением, переламывая в себе не столько стеснительность, сколько стыд:

– Антоха… На завтрашней контрольной… Чё-то я меньжуюсь…

Друг не просто молчал – он даже не пытался делать заинтересованный и участвующий взгляд, он вообще не смотрел в сторону Кирилла, торжествующе предполагая продолжение.

И оно последовало:

– Не люблю я эту долбанную алгебру… Это из-за училки! Чё-то какая-то она… Ни фига не поймёшь, что объясняет…

– Да нормально, вроде, училка как училка, – подстёгивал Антон, глядя в пол и сдерживая улыбку.

– Ну, тебе нормально, а мне – нет!

Кира горячился. Нервничал. Но может это и помогло ему в конце концов разродиться:

– Слушай, посмотришь мой вариант, а?! Ну, когда свой сделаешь… Ты же быстро!

Антон улыбнулся-таки в удовольствии. Но головы не поднял – друга пощадил.

– Я? Быстро.

– Ну! А потом мой… Ага? Чес-слово, если завалюсь, мне от предков – капец… Годовая оценка… То да сё… Капец, короче! Сделаешь? Я тебе за это свой айфон…

– А родаки?