Читаем Пустошь (СИ) полностью

А потом плеча мягко коснулись, позвали по имени и, кажется, что-то спросили про нож. А Саске спросил про скорую, но в ответ промолчали. Помогли поднять Наруто и захлопнули чёрную дверь машины, заставив Учиху сесть на переднее сиденье.


- Хер тебе, - рыкнул Саске, забираясь следом за Узумаки и вновь укладывая вихрастую голову у себя на коленях.


Машина тронулась.


========== Глава 9. Колыбельная для Солнца. ==========


Глава 9.

Колыбельная для Солнца.


«Солнце, мне кажется, ты устало светить.

Солнце, мне кажется, ты просто устало.

Ляг скорей в облака, отдохни,

Я поправлю тебе одеяло

Солнце, забудь обо всём,

Я отменю все метеосводки

Хочешь, я буду беречь твой сон -

Самый сладкий и самый короткий».

Fleur - Колыбельная для солнца.


Жизнь не игра. Хотя многие считают её таковой.

Здесь нет ничего весёлого или интересного: сплошная череда случайностей, закономерностей и того, что заслужил ты сам.

Всех с детства учат, что нас кто-то оберегает: ангел-хранитель, крёстная-фея или же какие-то там духи предков. Нас с самого детства учат воспринимать эту жизнь, как очередную сказку, где ответственность за свои поступки можно переложить на злой рок, коварную Судьбу или же на планы Господа. В головы наши вдалбливают, что каким бы козлом и отморозком ты ни был, это не ты виноват. Жизнь такая.

Жизнь сделала тебя жестоким, злым, холодным, злопамятным. Жизнь. И никто другой.

Но стоит задаться вопросом: а кто управляет этой жизнью? Та самая крёстная-фея? Бог? Или зелёные человечки с Марса, что давно поработили наш разум и теперь ставят на нас опыты?

Во всех своих бедах виноват только ты, тот маленький мальчик, который привык перекладывать вину на других, на мифических или не очень существ.

Только ты закрываешься в себе, выстраивая стены-границы, только ты покрываешь кожу острейшими шипами и смотришь на людей зверем. А люди, как зеркала. Они показывают тебе в ответ то, что видят сами.

И ты гордишься тем, что ты вырос моральным ублюдком. Ты на каждом шагу заявляешь, что не умеешь общаться, что злой, что жестокий и вообще имеешь редкую степень социофобии. А на самом деле…

…Ты просто ребёнок, которому слишком часто рассказывали сказки.

***

Саске, согнувшись над Узумаки, прикрыл глаза, вдыхая мягкий запах его кожи, задыхаясь им. Жизнь не игра…

Не поставишь на паузу, не перемотаешь назад.

Руки мелко дрожали, сжимая чужую ветровку, пока машина неслась по ночной дороге, утопающей в желтоватом свете фонарей.

Когда понимаешь, что жизнь утекает сквозь пальцы чужой кровью, начинаешь сбрасывать с себя маски. В них нет нужды, потому что страх обнажает. Страх не за себя, не за то, что останешься один.

А за то, что он там будет один.

Наруто…

Пальцы сжали светлые, жёсткие волосы.

И отвечать за этот поступок придётся самому, потому что не свалить на злой рок. И даже крёстная-фея тут не при чём.

А уж Бог…

В него брюнет никогда не верил.

Разве что в Дьявола, который живёт в душе каждого из нас, но и его винить Учиха не мог.


- Что произошло, Саске? - голос Итачи доносился сквозь заполнивший голову монотонный гул.


Парень поднял на него глаза, но ответить так и не смог, понимая, что слова застряли в горле битым стеклом. Рядом пахнуло холодом, и плеча его коснулась невесомая рука.


- Отдай его мне, - нежно прошептала на ухо Белокожая. - Ему будет хорошо со мной…


Белые, тонкие пальцы девушки переплелись с его собственными, проходя сквозь и накрывая рану под его рукой. Саске дёрнулся, отмахиваясь от неё, и внезапно поймал взволнованный взгляд Итачи в отражении.

Нахмурившись, парень вновь опустил глаза на бледное лицо Наруто.


- Узумаки, - позвал он тихо, скользя пальцами по порезам. - Открой глаза.


Словно услышав его, блондин сделал глубокий вдох, но приходить в себя не спешил. Пришлось сильнее сжать рану, не пропуская кровь. Учиха кожей чувствовал, что убери он руку и они не довезут Наруто…

***

Холод окутывал. Небольшая комната виделась как-то со стороны. Звуки доносились с хрипом и помехами, словно кто-то сунул испорченную пластинку в патефон.

Наруто помнил это место. Более того - он жил здесь…

И знал этих двух парней, что застыли друг напротив друга…

Они разговаривали: один пытался унять дрожь от боли, а второй пытался казаться беззаботным и не напуганным.


- Тебе лучше уйти отсюда, - сказал темноволосый.


- Почему? - резко спросил второй.


- Я могу тебя убить.


- Кишка тонка.


Усмешка на его собственных губах.

Тогда Наруто не знал, не верил, что Саске способен убить его.

А сейчас…был благодарен.

***

Итачи пропустил брата, что тащил на себе Узумаки в дверь их старого дома, закрыв её за ними. Был ли блондин жив до сих пор парень не знал, но хотелось верить, что тот хотя бы дождётся Орочимару, который прозвонил старшему Учихи перед этим и предупредил не вызывать ни полиции, ни скорой.

Итачи и сам понимал, чем это может грозить его младшему брату, который, кажется, вновь наделал глупостей.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Академик Императорской Академии Художеств Николай Васильевич Глоба и Строгановское училище
Академик Императорской Академии Художеств Николай Васильевич Глоба и Строгановское училище

Настоящее издание посвящено малоизученной теме – истории Строгановского Императорского художественно-промышленного училища в период с 1896 по 1917 г. и его последнему директору – академику Н.В. Глобе, эмигрировавшему из советской России в 1925 г. В сборник вошли статьи отечественных и зарубежных исследователей, рассматривающие личность Н. Глобы в широком контексте художественной жизни предреволюционной и послереволюционной России, а также русской эмиграции. Большинство материалов, архивных документов и фактов представлено и проанализировано впервые.Для искусствоведов, художников, преподавателей и историков отечественной культуры, для широкого круга читателей.

Татьяна Леонидовна Астраханцева , Коллектив авторов , Юрий Ростиславович Савельев , Мария Терентьевна Майстровская , Георгий Фёдорович Коваленко , Сергей Николаевич Федунов , Протоиерей Николай Чернокрак

Биографии и Мемуары / Прочее / Изобразительное искусство, фотография / Документальное
«Рим». Мир сериала
«Рим». Мир сериала

«Рим» – один из самых масштабных и дорогих сериалов в истории. Он объединил в себе беспрецедентное внимание к деталям, быту и культуре изображаемого мира, захватывающие интриги и ярких персонажей. Увлекательный рассказ охватывает наиболее важные эпизоды римской истории: войну Цезаря с Помпеем, правление Цезаря, противостояние Марка Антония и Октавиана. Что же интересного и нового может узнать зритель об истории Римской республики, посмотрев этот сериал? Разбираются известный историк-медиевист Клим Жуков и Дмитрий Goblin Пучков. «Путеводитель по миру сериала "Рим" охватывает античную историю с 52 года до нашей эры и далее. Все, что смогло объять художественное полотно, постарались объять и мы: политическую историю, особенности экономики, военное дело, язык, имена, летосчисление, архитектуру. Диалог оказался ужасно увлекательным. Что может быть лучше, чем следить за "исторической историей", поправляя "историю киношную"?»

Дмитрий Юрьевич Пучков , Клим Александрович Жуков

Публицистика / Кино / Исторические приключения / Прочее / Культура и искусство